Колин Маккалоу - Горькая радость

— Ну что ж, считайте, что время пошло.

Росон сжал руки Эдды и, отпустив их, стукнул кулаками по коленям.

— Отлично! Всего я вам пока не раскрою, но кое-что объясню, чтобы вы могли распоряжаться своим временем. Этажом ниже у меня гостевая квартира. Она гораздо меньше, чем эта, но для временного проживания вполне сойдет. Завтра днем вы в нее переедете и с понедельника начнете действовать по моему плану. Ваше заточение закончится ровно через две недели, в воскресенье вечером.

— Черт побери! — не сумела удержаться Эдда. — Две недели загадочной работы на сэра Росона Шиллера! Интересно, что же вы мне предложите?

— Со временем узнаете, — усмехнулся Росон. — Скажу только, что меня посетило вдохновение. Сегодня мы с вами говорили о кораблях, медицине, больницах, судах, музыке, книгах, туфлях, сургуче и еще бог знает о чем, и из всего этого сумбура вдруг родилась поистине блестящая идея. Я не считаю, что Бог сотворил людей равными, иначе откуда вокруг столько идиотов? Но я свято верю, что умных женщин на свете отнюдь не меньше, чем умных мужчин.

— А что я скажу Чарлзу Бердаму?

Сэр Росон пожал плечами:

— Да что хотите. Он ведь знает, что вы ищете работу в Мельбурне?

— Вообще-то нет. Я приехала сюда на семинар, и эта идея возникла только здесь, после разговоров за чашкой чая. Ладно, скажу ему что-нибудь обнадеживающее.

— Обнадеживающее? В каком смысле?

— Дам ему надежду, что его нелюбимая и неудобная свояченица осядет в Мельбурне в четырехстах милях от Корунды. Так ему будет легче оторвать жену от сестер.

— Понимаю. Муж-собственник?

— Да еще какой. А я главный подстрекатель.

— Подстрекать можно и на расстоянии. Порой это даже более эффективно.

Эдда рассмеялась:

— Я начинаю понимать, почему вы выиграли столько дел. Ну, скажите, зачем я вам понадобилась на целых две недели?

— Нет, не спрашивайте, это бесполезно, — отрезал сэр Росон и резко сменил тему: — Интересно, почему мы с Бердамом не выносим друг друга? Нам с ним общаться — все равно что лить воду на фосфор. Но эмоции не должны помешать нам сотрудничать в парламенте. Он наверняка вступит в Националистическую партию.

Эдда удивленно приподняла брови:

— Чарли в роли тори? Исключено! Не берусь утверждать, что он примкнет к лейбористам, но у него с ними много общего. Для социалистов он слишком правый, для консерваторов — слишком левый.

Шиллер раздраженно фыркнул:

— Значит, интуиция меня не обманула. Он один из тех типов, которые жаждут перевернуть все вверх дном. Не сомневаюсь, что он поддерживает финансовые авантюры Джека Ланга.

— Джеком Лангом восхищаются многие, причем в самых разных слоях общества.

— Ну и дураки! Когда занимаешь деньги, надо отдавать, причем с оговоренными процентами.

— Мои познания не позволяют мне спорить с вами. Останемся каждый при своем мнении. Несмотря на критику, я по-своему предана Чарли, причем по причине, не имеющей ничего общего с вами, Мельбурном или политикой. Просто я люблю свою сестру. А у вас есть сестры?

— Нет. У меня два брата — старший и младший.

Эдда с трудом подавила зевок.

— Я уже засыпаю. Могу я вернуться в отель?

— После того как расскажете, что вам нравится в Чарли Бердаме.

— О, это легко! Его любовь к людям, к которым он относится не как к пустому месту. Наша городская больница была в жалком состоянии, а он превратил ее в лучшую в штате, не ущемляя персонал и не вводя режим экономии. Просто расставил все по своим местам. Он не терпит никакой дискриминации, так что любой, будь то китаец, католик, женщина или гомосексуалист, имеет равные шансы при приеме на работу. Он высокомерен и деспотичен, но проявляется это только в личной жизни, как, например, в случае с женой, которую он считает своей собственностью. У него любопытный менталитет — там биржевой маклер отлично уживается с целителем.

— Из вас получится отличный адвокат.

— Благодарю вас, но меня больше привлекает медицина.

Встав с кресла, Эдда стала бродить по комнате, разглядывая книги на полках. Шиллер с интересом наблюдал за ней. Великолепная фигура — ничего лишнего, плавность линий, грациозность движений, в которых не было ничего нарочитого — сказывалась работа медсестрой. Интересно, где она купила этот наряд? Ни один кутюрье не решился бы на такой покрой, но платье из переливчатого шелка получилось очень стильным и удивительно ей шло.

— В вашей библиотеке доминирует юриспруденция, — заключила Эдда, поднимая свою накидку и протягивая ее Росону. — А романов совсем нет. Очень жаль. Мировая классика — это прежде всего романы: от «Преступления и наказания» до «Ярмарки тщеславия». А современных авторов вы читаете? К примеру, Фолкнера или Генри Джеймса?