Джеффри Арчер - 36 рассказов

— И всякий раз, когда мы встречаемся, — признался гость священнику, — мы говорим о достойнейшем человеке, которому обязаны жизнью. О «Лягушке-быке из Британии».

Священник и его японский приятель регулярно переписывались и были осведомлены об успехах друг друга на избранном ими поприще. В 1971 году Ари Саката принял руководство электронной фабрикой в Осаке. А полтора года спустя Ричард Мур стал Его Высокопреподобием Ричардом Муром, настоятелем Линкольнского собора.

«Я прочитал в „Таймс“, что Ваш собор объявил сбор пожертвований на замену крыши», — написал Саката в одном из своих писем Муру в 1975 году.

«Ничего необычного в этом нет, — пояснил настоятель в ответном послании. — В Англии не найдется ни одного собора, который не пострадал бы от гнили или бомбежек. Боюсь, от первой напасти спастись невозможно, а вот со второй есть шанс что-то сделать».

Несколько недель спустя настоятель получил чек на 10 000 фунтов стерлингов от одной японской электронной компании.

Когда в 1979 году Ричард Мур был рукоположен в сан епископа Таунтонского, новоназначенный управляющий крупнейшей в Японии электронной компании специально прилетел в Англию, чтобы присутствовать при его возведении на престол.

— Я вижу, у вас опять проблемы с крышей, — сказал Ари Саката, глядя вверх на строительные леса, окружающие кафедру проповедника. — Во сколько же обойдется ее ремонт на этот раз?

— Минимум 25 000 фунтов стерлингов, — ответил епископ безо всякой задней мысли. — По крайней мере, будет уверенность, что во время очередной службы крыша не рухнет на головы моих прихожан. — Он со вздохом взглянул на видневшиеся повсюду следы ремонта. — Со вступлением в новую должность я намерен объявить сбор пожертвований, чтобы моему преемнику не пришлось переживать из-за крыши.

Саката понимающе кивнул. А уже через неделю на столе у священника лежал чек на 25 000 фунтов стерлингов.

Епископ попытался выразить свою благодарность. У «Палочек для еды» ни на секунду не должно было возникнуть ощущения, будто своим щедрым жестом он сделал что-то не то: это бы сильно обидело его японского друга и тут же положило бы конец их отношениям. Епископ несколько раз переписывал свое послание. Окончательная версия длинного, написанного от руки письма попала в японский отдел МИДа, откуда была, наконец, отправлена по назначению.

Со временем Ричард Мур стал писать своему другу не чаще раза в год: в ответ на каждое его послание приходил чек на все более крупную сумму. А сочиняя очередное письмо на исходе 1986 года, он даже не стал упоминать, что настоятель и присные решили провозгласить 1988-й годом пожертвований на нужды собора. Он также ни словом не обмолвился о серьезных проблемах со здоровьем, чтобы не вызвать у стареющего японского джентльмена невольных угрызений совести: врач Мура предупредил своего пациента, что тот уже никогда не сможет полностью излечиться от последствий своего давнего пребывания в Тончане.

Епископ намеревался собрать попечительский комитет в январе 1987 года. Принц Уэльский стал патроном комитета, а лорд-лейтенант графства [14] Лорд-лейтенант — в Англии глава судебной и исполнительной властей графства. — Прим. пер. — его председателем. Обращаясь к членам комитета на первом заседании, епископ отметил, что за 1988 год им надо будет собрать не менее трех миллионов фунтов стерлингов. На лицах кое-кого из присутствующих промелькнуло сомнение.

11 августа 1987 года во время матча по крикету, который судил епископ Таунтонский, у него случился сердечный приступ. «Проследите, чтобы брошюры с обращением были отпечатаны вовремя, к началу следующего заседания комитета» — это были его последние слова, обращенные к капитану местной команды.

Отпевание епископа Мура проходило в Таунтонском соборе. Церемонию проводил архиепископ Кентерберийский. В храме не было ни одного свободного места. Людей собралось так много, что даже западный вход оставили открытым. Прибывшие позже вынуждены были слушать обращение архиепископа через репродукторы, расположенные по периметру площади.

Случайных зевак здорово озадачило присутствие на церемонии нескольких престарелых японских джентльменов.

Когда служба подошла к концу, архиепископ принял в ризнице собора председателя крупнейшей электронной компании мира.

— Вы, должно быть, мистер Саката, — сказал архиепископ, тепло пожимая руку человеку, шагнувшему ему навстречу из группки японцев. — Спасибо, что заранее известили о своем приезде. Искренне рад нашему знакомству. Епископ всегда с большой теплотой отзывался о вас. И считал своим близким другом. Если я ничего не путаю, он называл вас «Палочки для еды».