Джеффри Арчер - 36 рассказов

Многие торговцы помнили отца Хамида: он честно вел дело, с азартом торговался, литрами поглощал кофе, а еще частенько говорил, что его сын ударился в политику. Торговцы обрадовались знакомству с Хамидом, особенно когда узнали, чем он намерен заняться, поселившись в Штатах.

Через неделю супруги получили американские визы и отправились в Вашингтон: оплаченные правительством расходы включали и багаж в виде двадцати трех турецких ковров.

После пяти дней интенсивного допроса в ЦРУ Хамида поблагодарили за сотрудничество и чрезвычайно полезную информацию. Теперь он мог начать новую жизнь в Америке. Хамид, его жена и двадцать три ковра заняли место в поезде, отправлявшемся в Нью-Йорк.

Шесть недель ушло у Хамида на то, чтобы подыскать на Нижнем Ист-Сайде Манхэттена подходящее здание, где можно было организовать продажу ковров. Он заключил договор об аренде сроком на пять лет, и Шириин тут же предложила написать над входной дверью их фамилию, переделанную на американский манер.

В первые три месяца Хамиду не удалось продать ни одного ковра: за это время от их с Шириин скудных сбережений почти ничего не осталось. Но к концу первого года их пребывания в Америке шестнадцать из двадцати трех ковров нашли своих покупателей, и Хамид понял, что скоро ему надо будет отправляться в Стамбул за новой партией.

Так прошли четыре года… Совсем недавно супруги перебрались в дом побольше: прямо над магазином там располагалась небольшая квартира. Хамид без конца твердил жене, что это только начало, что в Соединенных Штатах все возможно. Он уже считал себя полноценным американским гражданином, и не только благодаря бесценному синему паспорту, официально подтверждавшему его статус. Он понимал, что не сможет вернуться на родину, пока там правит Саддам. Его дом со всем содержимым давно уже реквизировало иракское государство, а его самого заочно приговорили к смертной казни. Хамид сомневался, увидит ли он еще когда-нибудь Багдад…

После промежуточной посадки в Лондоне самолет приземлился в аэропорту имени Ататюрка в Стамбуле. Хамид поселился в той же маленькой гостинице, где он обычно останавливался, и тщательно распланировал свое двухнедельное пребывание. Он был рад вновь окунуться в толчею и суматоху турецкой столицы.

Хамид собирался нанести визит тридцати одному торговцу, поскольку на этот раз надеялся привезти в Нью-Йорк не меньше шестидесяти ковров. А значит, все эти четырнадцать дней он без конца будет пить густой турецкий кофе и торговаться по много часов: но, торгуясь, не принято идти напрямик, и в глубине души Хамиду — как когда-то его отцу — нравился сам процесс торга.

К исходу второй недели Хамид приобрел пятьдесят семь ковров, отдав за них чуть больше двадцати одной тысячи долларов. Он старался выбирать лишь те ковры, которые наверняка придутся по вкусу самым разборчивым ньюйоркцам, рассчитывая получить в Америке за всю партию около ста тысяч долларов. Поездка оказалась столь успешной, что Хамид решил слегка побаловать себя и отправился в Нью-Йорк более ранним рейсом «Пан Американ». В конце концов, за время нынешней поездки он не раз уже отработал эти лишние шестьдесят три доллара.

Самолет еще даже не успел взлететь, а он уже живо представил, как увидит снова жену и детей: от характерного нью-йоркского говора и дружелюбной улыбки американской стюардессы ощущение, что он уже дома, стало еще сильней. После ланча Хамид решил, что, пожалуй, не будет смотреть кино, и задремал. Ему грезилось, чего еще он может со временем достичь в Америке. Возможно, его сын займется политикой. Готовы ли США примерно к 2025 году получить президента-иракца? Он улыбнулся этой мысли и уснул крепко-крепко.

— Дамы и господа, — раздался по внутренней связи голос с южным акцентом, — с вами говорит командир экипажа. Извините, что прервал киносеанс или разбудил тех, кто спал, но у нас возникла небольшая неполадка в двигателе правого крыла. Никакого повода для беспокойства нет, друзья, но согласно правилам Федеральной авиационной администрации мы должны совершить посадку в ближайшем аэропорту и решить возникшую проблему, после чего продолжим наш полет. Это все должно занять не больше часа, затем мы снова отправимся в путь. И можете быть уверены: мы быстро постараемся наверстать потерянное время, друзья.

Сон у Хамида как рукой сняло.

— Поскольку это незапланированная посадка, вы не будете покидать самолет. Но по возвращении домой вы сможете сказать друзьям, что посетили Багдад.