Валерий Цапков - Шоколадная медаль

Обмен паролями состоялся, можно было ненадолго расслабиться. Колесо судьбы сделало пол-оборота, теперь предстояло вернуться в исходную точку.

Проснулся Олегов, когда солнце уже светило вовсю. Тело ломило от долгой ночной тряски на верблюде за спиной у одного из всадников, так как колышущийся горб за спиной у него почему-то вызывал брезгливость. Он поднял руку и понюхал рукав своей давно почти до белизны вылинявшей формы — так и есть, насквозь провонял верблю-жатиной.

— Что, Миша, проснулся?

Олегов вздрогнул и рывком поднялся. Это был Рашид, мужчина лет сорока. Он был единственным, наверное, кто не носил усы в этом лагере.

— Да, хорошо поспал, — сладко потянулся Олегов.

— Скоро завтракать будем.

— Ох, скорее бы, вчера я тоже лишь завтракал, да и то, когда солнышко спало, — ответил Олегов.

Он осмотрелся, сквозь щели в палатку пробивался солнечный свет, внутри все было застлано старыми вытертыми коврами, в углу грудой лежали подушки и одеяла.

— Страшно с парашютом прыгать? — с интересом спросил Рашид.

— Чем больше прыгаешь, тем страшнее, — ответил Олегов.

— А сюда с грузом прыгал до этого? — спросил Рашид, не очень-то надеясь на правдивый ответ.

— Я — нет, другими способами путешествовал, — неопределенно ответил Олегов.

Рашид помолчал, внимательно разглядывая Олегова, затем спросил то, что собирался спросить с самого начала:

— Это, конечно, не мое дело, Миша, но скажи, если можешь. Откуда у вас такой товар? И много ли есть еще?

Олегов задумался на мгновение. Ему нужна информация о товаре, подумал Олегов, а что нужно мне? Мне нужно вернуться назад. Мне нужно, чтобы меня не пристрелили здесь, как отработанный материал, а благополучно переправили обратно.

— Честно скажу, не знаю, сколько всего. Но своими глазами видел — много. Откуда взяли — не мое дело. Знаю, что свежий.

— А что, вернешься — снова полетишь? — в глазах Рашида светился жадный интерес.

— Не знаю, у меня есть хозяин, — рассудительно ответил Олегов. — Заплатит также хорошо — полечу и раз, и два… А вообще-то, не знаю. Товар свежий, хозяин только начал искать покупателей.

Рашид понимающе кивал головой.

— Ладно, пошли завтракать. Отправлю тебя обратно, как и обещал, с надежными людьми.

Рашид, а следом за ним и Олегов вышли на каменистую площадку в расщелине скал. Олегов с наслаждением вдохнул свежий утренний воздух и встрепенулся, сгоняя остатки сна. На площадке стояло еще две палатки, в самом углу были привязаны верблюды, рядом дымился костер, сидели люди. В другую сторону открывалась чуть прикрытая пыльной маскировочной сетью панорама: котловина, окаймленная невысокими горами, и кишлак в ней. Кишлак показался Олегову нежилым, зелени он видел мало, крайние дувалы были разрушены.

— Там живут люди? — спросил он у Рашида.

— Мало. Вода ушла, — коротко ответил тот.

Смех и оживленный разговор у костра смолкли, когда они подошли. Рашид сел первым и жестом руки указал Олегову место рядом с собой.

— По-русски никто из них не разговаривает, так что дорога вам предстоит скучная, — сказал Рашид и кивнул головой кашевару, чтобы он наполнил миску Олегова густым супом.

Перцу в супе было многовато, он был горячим. Олегов осторожно хлебал его и разглядывал людей вокруг костра. Их, не считая Рашида, было шестеро. Еще одного Олегов увидел вверху, на уступе, вероятно, он был наблюдателем. Там же торчала антенна. Замолкшая было беседа понемногу оживлялась, тема разговора, как видно, была смешной, Рашид тоже улыбался после некоторых реплик. Больше всех веселил компанию молодой широколицый парень в полосатом халате, его реплики были самыми смешными.

Наблюдатель вдруг коротко свистнул, все замерли, потом он что-то крикнул и все снова оживились, а еще через двадцать минут на площадке, тяжело дыша, появился старик с большим мешком, из которого торчало сено, а следом за ним шел веселый черноглазый парень, он приветственно взмахнул автоматом.

Старик, подобострастно всем кланяясь, пошел с сеном к верблюдам, а его сопровождающий стал возбужденно что-то рассказывать, его перебивали вопросами, оглядываясь на старика, а парень все восторженно говорил. Неожиданно в его речи прозвучало одно русское слово, слово это было «комсомол» .

Внимание компании переключилось на Рашида, у него что-то спрашивали. Он снисходительно улыбнулся, разрешающе махнул рукой, потом что-то строго добавил. Подошел старик, поклонился, ему велели сесть. У него что-то спрашивали, появились угрожающие нотки, снова прозвучало слово «комсомол» , узнал Олегов и слово «пайса» .