Давид Фридман - Мендель Маранц

Сарра, изумленная, сбитая с толку, с трудом, наконец, проговорила:

– Что… что все это означает? Я думала… как вы узнали, что мы бежим? Я думала… мой отец был… против брака…

– Все это шутка! – весело сказал Бернард. – Твой отец подал мне мысль. Он сказал: «Что такое девушка? Романтика. Ей нравится немножко побегать!». И когда Оскар спросил у меня совета, должен он бежать или нет, я сказал ему: «Беги! Насчет приданного не беспокойся! Раз это нравится девочке, доставь ей удовольствие. Пока не женился, можно уступить!». И он уступал. Сарра, я такой человек. – Я хочу, чтоб ты была счастлива! И я дорого за это не возьму!

– Мы все советовали ему бежать, – добавила миссис Гассенхейм, задетая тем, что Бернард весь успех дела приписывал себе.

– Я тоже, – сказала Зельда, не отставая от других. Сарра смотрела то на одного, то на другого, ничего не понимая.

– И вы все одобрили побег? – спросила она.

– Ко-оонечно! Почему же нет! Почему нет! – хором ответили ей.

Сарра повернулась к Оскару.

– И вы советовались с ними?

– Кто? Я? – пробормотал он, теряясь, но на помощь подоспел Бернард.

– Конечно! Почему же нет? Он не хотел бежать без разрешения!

– И без приданого, – невинно вставила Зельда. Сарра снова повернулась к Оскару. Он задрожал под ее взглядом.

– Как вы осторожны! – сказала она.

– Кто? Я?

Больше ничего у него не вышло. Бернард подоспел на помощь.

– А как же! Оскар такой, как и я! А я такой человек – я люблю доверять людям. Но когда речь идет о приданом, тут надо быть осторожным.

– Но теперь пришла моя очередь быть осторожной, – сказала Сарра холодным, металлическим голосом, в котором звучало что-то печальное. – Вы все одобрили наш брак, – продолжала она твердо, спокойно, – но я его не одобряю!

Казалось, она не устоит на ногах. Волна слабости захватила ее, ей нечем было дышать. Тот Оскар, с которым она бежала, который одно мгновение держал ее в своих объятиях, которого она обнимала, – тот Оскар исчез, превратился в какую-то тень, порожденную ее мечтой. Настоящий Оскар предстал перед ней во всей своей неприкрытой наглости. Ее идеал исчез, и ее поиски начнутся вновь!

– Что это она говорит? – простонала Зельда, ломая руки. – Она сошла с ума! Такой милый молодой человек!.. Бернард, поговори с ней.

Бернард подошел к Сарре.

– Сарра, я такой человек… – Но тут он не выдержал. – Что за черт! – заорал он. – Я не хочу каждый раз оставаться в дураках! Вот весь мой разговор!

– Я говорила… я говорила, не надо связываться с этими… с улицы Питт! – оскалилась Дебора, гордо меряя взглядом Маранцев, – Идем, Оскар! Есть много невест получше ее! Подумаешь, какие мы важные! Фу!

Она выпустила целый заряд гордого негодования, но в душе она плакала.

– Ой, бедный Оскар! Было уже так близко, и не удалось. Такое уже его счастье! Останется теперь он холостяком на всю жизнь!

– Раньше пусть он поищет себе работу, – пробормотал его отец, презрительно кашляя в лицо Зельде.

– Сумасшедшая! – стонала Зельда, все еще не веря своим глазам. – Она сама не знает, что делает.

– Она все прекрасно знает! – сказал Мендель, первый раз за все время. – Вся беда в том… Что такое правда? Мачеха. Никто ее не любит.

– А, это ты заговорила! Ты!

При виде общего врага, Гассенхеймы, Бернард и Зельда забыли о своих взаимных раздорах и угрожающе двинулись на него.

– Грабитель! Лентяй! Смутьян! – кричали ему со всех сторон. – Если бы не твой сумасшедший побег, какая была бы прекрасная свадьба! И хороший обед, и вино, и музыка! И кантор! Ой!

Перечисление потерянных удовольствий привело их еще в большее бешенство.

– Изобретатель! – закричал Бернард, долбя себя пальцем в лоб. – Если ты такой умный, то зачем же ты сказал нам явиться сюда, когда они еще не повенчаны! Пусть бы бежали, повенчались, а потом уже…

– Потом было бы поздно. Что такое неудачный брак? Чахотка. Лучше ее предотвратить – потом уже не вылечишь! Сарра была влюблена в романтику, а не в Оскара, и не замечала этого. Что такое романтика? Цветная капуста. Когда ее сваришь, она пахнет, как простая капуста. Что такое жизнь? Пароход. Что такое любовь? Туман. Что такое брак? Скала! Нужно знать, как править рулем. А мы все правили не туда! Бернард думал о вознаграждении, Зельда – об обществе, Гассенхеймы – о приданом, Сарра – была ослеплена романтикой, и все думали, что ищут любви! Что такое любовь? Судебный пристав. Его не надо искать. А что такое любовь? Малярия. Всякий знает ее симптомы! И что такое любовь? Чихание. Когда оно приходит, ты не сможешь удержаться. Плохо жениться по любви, – добавил он, указывая на себя и на Зельду, – но еще хуже вступать в брак без любви! – И он указал на Сарру и Оскара.