Давид Фридман - Мендель Маранц

– Неважно! – решительно сказал Оскар. – Я люблю ее!

Мендель пристальнее посмотрел на молодого человека. Затем он начал говорить более медленно, немного задетый.

– Что такое совет? Лекарство. Его любят давать, но не любят принимать. Вы думаете, я против вашего брака? Нет! Если она согласна, и я согласен.

Оскар растеряно посмотрел на него. Потом откашлялся.

– А если вы согласны, то и она будет согласна? – робко спросил он. Мендель изумленно посмотрел на него.

– Послушайте, Оскар. Вы, собственно, на ком хотите жениться? В наше время на отцах уже не женятся. Вы должны идти с предложением прямо к невесте.

– Кто должен идти? Я? – воскликнул Оскар.

– А кто же – я? – воскликнул Мендель. – Я могу только дать вам свое благословение. А невесту вы должны взять сами.

– Видите ли, я могу говорить с кем угодно, – сказал он, набираясь духу. – Но когда дело касается женщины!..

– Что такое застенчивость? Корь. Вы уже слишком стары для нее.

– Кто? Я? – скептически спросил Оскар. – Только не я! У меня это с детства. Видите ли, я здоров. Я красив. Я могу говорить. Но я не знаю, что такое со мной. Когда дело касается женщины!.. – Что же мне делать? – простонал Оскар, совершенно теряясь. – Бежать с ней?

– Вот именно – бежать! – решительно сказал Мендель. – Если вы не можете сказать: «Я люблю тебя», говорите «Давай убежим». Это гораздо легче, и ей больше понравится.

Мендель позвал лакея, сказал ему, чтобы он доложил Сарре, а сам хорошенько встряхнул молодого человека, хлопнув его по спине ладонью, и оставил его одного.

Несколько мгновений одиночества, как каменная гора, навалились на Оскара Гассенхейма, он прирос к полу, не мог двинуться с места. Тихое пение засовов, когда открылась дверь, так подействовало на него, что его сердце готово было разорваться. Но тут показалась Сарра, вся зардевшаяся и возбужденная, и Оскар, не будучи в состоянии сразу умереть или исчезнуть, замер на месте. Сарра смело подошла к нему с протянутой рукой. Оскар дрожал с головы до ног и не знал, что сказать. Затем он нерешительно взял ее руку и сжал. Сжал так, что сам весь покраснел, а Сарра побледнела.

– Ах! Какой вы сильный! – сказала она, чуть не со слезами на глазах.

Оскар улыбнулся, смутившись.

– Гм! – пробурчал он, подыскивая слова, – Я… э-э… что такое сила? Телефон? Э-э она хорошо соединяет! – Сарра удивленно посмотрела на него.

– Что вы хотите этим сказать?

«А Бог его знает», – подумал Оскар вытирая лоб.

– Я… я хочу сказать, – пробормотал он, – ха! ха! – сильное рукопожатие – все равно… все равно, что хорошее соединение, не так ли?

– Ага, понимаю, – медленно проговорила Сарра, с трудом уловив скрытый смысл остроты. – Какой ты остроумный!

– Кто? Я? – выкрикнул Оскар, отчаянно силясь что-то припомнить. – Э-э… Что такое остроумие? Смерть. Она приходит неожиданно!

Сарра расхохоталась. Он ей казался очень интересным.

– Вы остроумное моего отца! – воскликнула она. – Я понимаю его сразу, но у вас все гораздо глубже. При слове «отец» Оскар решил воспользоваться моментом.

– Что такое отец? – грозно сказал он. – Корь? Вы уже слишком стары для него.

Оскар смутился. Он силился припомнить, что он сказал.

– Я… я хотел сказать, – поправился он, – что вы стары для него, но… не для меня!

Сарра была страшно удивлена и… обрадована. Оскар все время говорит такие неожиданные вещи!

Наступила глубокая тишина. Она чувствовала, что следующая минута будет решительной. Что он скажет? Как он все это выразит? Все пошло кругом у нее перед глазами – Оскар, комната, улица, весь мир. Она с трудом владела собой, готовясь выслушать его, а он с трудом владел собой, готовясь говорить.

– Сарра, – сказал он, наконец, низким, тяжелым голосом, и она вся вздрогнула, слыша, как он произносит ее имя. – Сарра, я… я не в состоянии выразить! – простонал он, в отчаянии простирая руки вперед. Но когда он убрал руки на место, в них заключалась Сарра, которая прижималась к нему, закрыв глаза и тяжело дыша. Она его поняла!

Молчание и тысяча ослепительных солнц! Затем Сарра нежно выпуталась из его окаменелых объятий и ясным взглядом посмотрела ему в глаза; оба они моргали глазами, как после солнечной ванны; затем улыбнулись друг другу, сели и вздохнули. Сидя рядом, они держали друг друга за руки. Внезапно Оскар, вспомнив что-то, отдернул свою руку, как если бы ее коснулись каленым железом! Сарра обиженно посмотрела на него.

– Я никогда не держу женщину за руку, – пробормотал он.