Халлдор Лакснесс - Салка Валка

Я хочу, чтобы он уехал. Какое мне дело до него? Она пыталась убедить себя, что ей так же мало дела до Арнальдура, как и до других. Ну, пора спать. Как ни старалась она не думать о нем, ничего не получалось. Она не могла заснуть: сила воображения противостояла силе воли. Она лежала и думала. Он, образованный человек, побывавший в больших городах и служивший примером простым людям, — как могло случиться, что он принялся соблазнять несовершеннолетних подростков из бедного люда? Как разгадать его сложную натуру? Она воспринимала его таким, каким он был, во всех его противоречиях: взволнованного и печального, пророчески мудрого и по-мальчишески юного, равнодушного и пылкого, безудержного весельчака, танцующего под гармонику, и страстного трибуна, исполненного чувства ответственности. Но прежде всего она видела в нем возмутителя спокойствия. Он был словно пылающий восклицательный знак на фоне темного мира.

Неужели он, с его характером, в котором так странно соединялось возможное и невероятное, обладал силой, способной свергнуть власть Йохана Богесена так легко, как отшвыривают ботинком попавшийся на пути старый сгнивший гриб? Обладает ли он силой, способной сломать зубья мощной деловой машины, какою является торговая фирма, стереть с лица земли серьезную экономическую силу, центр тяжести которой держится на непоколебимых колонках цифр в приходных конторских книгах, — и все лишь для того, чтобы превратить плюсы и минусы здешней жизни в сплошную неразбериху? Так вот однажды иностранные ученые решили отменить закон тяготения, утверждая, что в мире нет ничего раз навсегда установленного. Что же будет? Не собирается ли он превратить владельца всех кредитов в нищего, а всех зажиточных уважаемых людей погубить — людей, которые добились положения в жизни благодаря порядочности, настойчивости, бережливости, упорному труду? Нет, это немыслимо. Этот человек просто привидение; действительность установилась прочно и непоколебимо, и ее не смести этому призраку, человеку с вдохновенным лицом.

«Я верю в жизнь, в борьбу, в личные усилия человека. Это единственный закон природы, единственное, что ставит все на свои места», — думала девушка. Но все же, все же факты были неопровержимы: не далее как сегодня он, этот безденежный книжный червь, не пустивший нигде корней, отправил по морю в обратный путь большой пароход совершенно пустым. Он припер Йохана Богесена к стене. Слыханное ли дело? Йохана Богесена — человека, владеющего рыбой, воплощающего саму действительность среди этих гор у моря.

Но вот мысли девушки стали путаться и превращаться в соленые мечты. Вдруг кто-то постучал в дверь. Она испуганно вздрогнула. Вначале она подумала, что кто-нибудь из подгулявших парней стукнул по окну, как бывало не раз. Но оказалось, что это был совершенно трезвый человек, он назвал ее по имени: в темноте она видела огонек его сигареты. Слава тебе господи, значит он не уехал.

— Что тебе нужно? — спросила она хрипло, подходя к окну. Что-то неладное случилось с ее крепкими коленями, они угрожающе задрожали.

— Открой, мне нужно поговорить с тобой.

Было раннее утро. Заря только занималась. Она натянула на себя брюки и свитер, зажгла свет в кухне, открыла дверь и нерешительно ответила на его приветствие. Но никогда, никогда она не чувствовала себя такой счастливой.

— Я голоден, — заявил он без обиняков.

— Разве ты не уехал? А я-то думала, что ты уехал.

— Нет. Можно мне войти?

— Ну конечно, — сказала она и засмеялась в глубине души. Возбужденная, испуганная, она бестолково повторяла:

— А я думала, ты уехал.

— Я ничего не ел сегодня, — сказал он. Она смотрела на него, и ей казалось невероятным, что это он приехал сюда окруженный людьми, чтобы сразиться с Богесеном и разбить его наголову.

— Почему ты не оставишь нас в покое? — спросила Салка.

Но он был слишком утомлен. Он опустился на стул и, сгорбившись и положив руки на колени, следил за голубым колечком дыма от сигареты. Потом он вздохнул.

— «Быть или не быть — вот в чем вопрос», — пробормотал он себе под нос монотонно, как пьяный. — Не знаю, читала ли ты это, — сказал он, не глядя на нее.

— Что? — спросила девушка, но он, по-видимому, не собирался объяснять ей. Девушка спросила:

— Почему же ты пришел ко мне? Почему ты не попросил поесть у кого-нибудь из своих друзей?

— Я устал, — ответил он.

— Нет ничего удивительного. Ввалиться сюда с целой оравой и безумствовать весь день напролет! Что мы тебе сделали?