Эптон Синклер - Жатва Дракона

Любимый тезис Рика состоял в том, что эта слепота британских правителей не была случайной. "Класс - это больше, чем страна", – была его формула, описывающая "Кливлендскую клику", как её называли. Они не хотели воевать с Гитлером, потому что считали, что он нашел ответ на риски, сопряжённые с профсоюзным движением, которое неуклонно посягало на привилегированные классы во всех странах, где индустриализация продвинулась вперед. Гитлер научил рабочих знать свое место и собирался завершить свою карьеру, уничтожив большевизм. Если бы он это сделал, лендлорды и лорды прессы, пива и угля, судоходства и денежные лорды были бы вполне готовы в качестве награды позволить ему захватить большую часть Европы.

Никогда этот тезис не казался более обоснованным, чем в эти последние критические дни. "Правительство, конечно, обеспокоено", – заявил бывший авиатор. – "Они боятся каких-либо перемен, особенно когда они происходит внезапно, но им наплевать на Чехословакию, им наплевать на республику, им наплевать на свободу. Когда они знают, что совершается убийство, они просто смотрят в другую сторону. Наша утренняя пресса сегодня вызывает рвоту".

"Прошлой ночью мне хватало рвоты на канале", – улыбнулся Ланни. – "Я так понимаю, что я был прав, когда говорил Гитлеру, что Британия не будет сражаться за Прагу".

– Ты был прав, но я не думаю, что ты должен был говорить это ему.

"Поверь мне, старик, у меня были причины". – Это всё, что мог агент президента сказать в своё оправдание.

X

Рик отправился обсуждать с редактором информацию, которую принес ему Ланни. И Ланни сел на телефон и позвонил в министерство иностранных дел в Уайтхолл. Он догадался, что в такое время трудолюбивый Седди Уикторп будет на месте, он там и был. "Я только что из Берлина", – сказал американец. – "Я разговаривал с номером два позавчера и с номером один за день до этого. Они передали мне для вас сообщения".

"Потрясающе!" – воскликнул его светлость. – "Можешь зайти?"

– Без сомнения ты сейчас занят. Свободен на обед?

– Приходи в клуб, и у нас будет отдельный кабинет, я приведу Джеральда.

"O.K.", – ответил американец.

"Между прочим", – добавил четырнадцатый граф Уикторп, – "премьер-министр собирается сделать заявление в палате общин через пару часов. Ты хотел бы присутствовать".

– Конечно, спасибо.

День острых ощущений для любителя международных кризисов! Ланни поймал Прагу по своему радио и услышал, как корреспондент описывает поведение людей в этом городе при входе немецких войск. Видимо, захватчики еще не установили цензуру, и репортер описывал женщин, стоящих на тротуарах со слезами на глазах. А потом, чуть позже, все радиостанции замолчали. Гитлер собирался рассказать чешскому народу об их будущем. Ланни слушал этот хриплый голос, который он так хорошо знал, выкрикивающий тему Lebensraum , которая была навязчивой идеей Ади в течение последних двух десятилетий. С тех пор, как полицейский шпион в Мюнхене, руководивший группой из семи сбитых с толку баварцев, которые называли себя национал-социалистической немецкой рабочей партией. Всего полгода назад фюрер кричал миру: "Я не хочу чехов!" Теперь он сказал тем же чехам: "На протяжении тысячелетия богемские и моравские земли были частью Lebensraum немецкого народа. По закону самосохранения германский рейх решил снова решительно вмешаться, чтобы установить основы разумного европейского порядка и соответственно законодательно их оформить. Германия уже доказала в своем тысячелетнем прошлом, что в силу своего размера и характера немецкой нации, только она предназначена для решения этих проблем".

После чего Ланни отправился в Вестминстер и вошел в эту массу облицованных коричневым песчаником готических зданий, в которых размещалась "Мать парламентов". Уикторп достал ему билет в галерею посетителей, и он забрался на одно из самых высоких мест, с которых можно разглядеть внизу узкую комнату, всего двадцать метров в длину, в которой обсуждались судьбы Британской империи. Спикер сидел во главе длинного стола в центре в парике на голове и булавой перед ним. Участники сидели на неудобных скамьях, расположенных по обе стороны продолговатого стола. До недавнего времени они все носили цилиндры. Затем лейбористы объявили социальную революцию, появившись в кепках. Сейчас шли горячие споры, и посетителю из-за океана были созданы все условия, чтобы он мог убедиться, что там было очень мало членов этого высокого органа, которые проявляли интерес к свободе и демократии и имели возможность кричать об этом всему миру.