Ганс Эйнсле - Я, Минос, царь Крита

— Почему?

— Ты ещё почти девочка.

В первый раз я увидел, как она улыбается.

— Как ты стала рабыней? — поинтересовался я.

— Тебе в самом деле хочется это знать? — насмешливо ответила она.

Я опять смотрел на неё с восхищением и желанием.

— Одного из наших предков звали Иаков. Он жил в Беерсебе и ехал в Харран. Во сне ему явился наш бог Ягве и сказал ему: «Я — Ягве, бог твоего праотца Авраама и бог Исаака». Когда Иаков продолжил свой путь, ему вновь повстречался Ягве и сказал: «Впредь твоё имя должно быть уже не Иаков, а Израил». Из Двуречья в поисках земель на Иордане уже прибывали небольшими группами арамеи, предки иудеев. Попал туда и Иаков со своими жёнами, служанками и одиннадцатью детьми. Он поселился на Иордане и основал там со своим родом Ханаан. У них был один бог, они были единым народом и имели единый закон. А затем разразилась великая засуха, а с ней пришёл голод. Многие племена искали спасения в Египте. Египтяне страстно ненавидели гиксосов. Поскольку те тоже пришли с берегов Тигра, египтяне и нас вдруг приняли за гиксосов и обрекли мой народ на подневольный труд. Моих братьев и сестёр сгоняли в одно место, и им пришлось жить вместе с другими беженцами, с ворами и преступниками и выполнять самые тяжёлые работы. Жизнь из года в год становилась всё невыносимее, ибо египтяне боялись нас, ведь численностью мы превосходили тамошний народ. Когда нам удалось бежать, фараон стал преследовать нас на шести сотнях отборных военных колесниц. Он посадил своих воинов и в другие боевые повозки, и они гнались за нами до самого моря.

Я впился в девушку глазами.

— Мне было как раз шесть лет, — задумчиво произнёс я, — когда земля начала трястись и дрожать. Спустя несколько лет небо обрушило на наши головы огонь и раскалённый пепел. Потом проснувшийся вулкан уничтожил остров Каллисто.

Теперь мы не сводили друг с друга глаз.

— Как твоё имя? — опять спросил я, испытывая какую-то неловкость.

— Сарра, — тихо ответила она, умоляюще глядя на меня, словно в моих силах было снова вернуть ей желание жить. Она нерешительно продолжала рассказывать: — Именно при фараоне Аменофисе II наш бог Ягве наслал на египтян десять казней, которые позволили нам покинуть Египет.

— А ты?

— Моей семье не повезло. Мы провели в пути всего несколько дней, но отца ужалила змея, и он умер. Это подкосило мою мать, мы сделали остановку, и неожиданно нас окружили солдаты фараона. С тех пор я стала рабыней... Мы очень любили нашу египетскую родину. Когда солнце находилось в созвездии Сириуса, вода в Ниле поднималась, а снижаться её уровень начинал, когда солнце приближалось к созвездию Весов. Чтобы круглый год сохранять столь необходимую для жизни воду, крестьяне соорудили огромную сеть каналов, а для защиты от разлива возвели дамбы. Орошение полей, очистка каналов, ремонт плотин — всё это требовало организации. Среди египтян встречались отличные строители, превосходные астрономы. — Она огляделась кругом, будто только что пробудилась от сна, а потом деловито добавила: — Народ Египта подобен телу, в котором фараон олицетворяет волю, сословие жрецов — разум, а отдельный человек — послушную плоть. — Она снова задумчиво помолчала. Затем скривила губы в усмешке и сказала: — Фараон повелевал и правил, жрецы придумывали, а народ должен был работать.

— И вы любили край, который обжили в Египте?

— Очень, — ответила она не задумываясь, — хотя у него были свои особенности. Поблизости находилась пустыня.

— Ты говорила о египетских казнях, которые наслал ваш бог Ягве, чтобы облегчить ваш исход из Египта.

— Он наслал на страну тьму, дни превратились в ночи, а вода в Ниле сделалась красной, словно кровь. Вредные насекомые, комары, лягушки и саранча мучили народ. Потом с небес пал огонь, людей и животных поразили странные болезни. Предводитель нашего народа напророчил фараону все эти напасти и предупредил, что его ждут новые беды, если он не позволит нам уйти. Только после этого фараон разрешил нам покинуть страну.

— Верно, верно! — взволнованно воскликнул я. — Это был как раз тот год, после которого фараоном у вас стал Аменофис II. В это время у нас начались ужасные землетрясения, потом вулкан уничтожил остров Каллисто, а многие острова вокруг погубили небывалые наводнения. Реки у нас тоже окрасил красный дождь. Образовались озёра и болота, рассадники возбудителей болезней. Из-за этого начались массовые заболевания. Знаешь, — сказал я, и мне показалось, будто на меня нашло прозрение, — десять египетских казней, о которых ты говорила, сопровождали то чудовищное извержение вулкана на Каллисто.