Роберт Говард - Стервятники Техаса

Союз этот скрепляли те же узы, что и волчью стаю. Биссет стал вожаком, потому что быстрее и ловчее других орудовал извилинами и рукой, выдергивающей револьвер. Они ненавидели его за ненасытную, звериную алчность, за то, что он забирал у них всю добычу — всю, до последнего лоскутка, взамен предлагая только одно: право на жизнь. В то же время они боялись его и признавали над собой его верховенство, поскольку знали, что без хитрого и жестокого вожака стая обречена на гибель.

Кэмпбелл толкнул перед собой дверь. Едва Большой Мак появился на пороге, человек, стоявший к нему спиной, с волчьим проворством развернулся на месте. Кисть его мгновенно охватила слоновую кость рукоятки, торчавшей из кобуры, и лишь секунду спустя его глаза обнаружили в вошедшем всего лишь пленника со связанными за спиной руками.

— Ты?!.. — То было глухое, раскатистое рычанье матерого лесного волка. Биссет был одного роста с Большим Маком, но несколько уже в плечах и уступал ему в весе. Строение тела у него было гибкое и жилистое. С обеих сторон рта к подбородку спускались два тонких, словно надрезы ножа, желтых уса. В бесцветных глазах шныряли бесноватые, обжигающие лютым холодом огоньки.

— Какого дьявола? — прошипел он. Рука его остановилась. Он не мог подыскать объяснения увиденному.

За его спиной Большой Мак разглядел девушку, — она съежилась в углу хижины, взирая на вошедшего с ужасом. Когда их глаза встретились, Мак не прочитал в этом взгляде и тени надежды на спасение, — для девушки он был еще одним оборотнем в человеческом обличье.

Переведя взгляд на Биссета, Большой Мак невесело усмехнулся.

— Решил попроситься к тебе в банду, Гарт, — размеренно произнес он. — Мне сказали, что за это требуется внести мзду. Ну вот, я и решил предложить тебе себя! Народ говорит, что ты посулил за мою шкуру хорошие деньги.

Он строил свою игру на знании некоторых особенностей характера бывшего пристава; он рассчитывал, что головорез решит повременить с расправой.

— Как ты его сюда привел, Кэмпбелл? — рявкнул Биссет.

— Он пришел сюда с белым флагом, — буркнул Кэмпбелл. — Как все, кто хочет к нам пристроиться. Сказал, ты будешь очень рад вашей встрече.

Биссет уставился на Мака, сверкая глазами, как волк, учуявший приближение облавы.

— Какого черта тебе здесь нужно? — прорычал он. — Я ведь тебя знаю. Ты не дурак. Просто так ты бы ко мне в гости не пожаловал… Значит, у тебя есть причина. Или прикрытие…

И он сверкнул глазами на своих подручных, ужаснувшись нахлынувшим внезапно подозрениям.

— Живо отправляйтесь к стене! Не спускайте глаз со скал! Смотрите в оба! Чтобы больше сюда не прошла ни одна тварь, пусть даже и с пустыми руками!

— Так ведь я… — пробовал встрять Кэмпбелл.

— А ты закрой рот, дубина! Выметайся отсюда! Все решения здесь принимаю я!

Когда Кэмпбелл, втянув голову в плечи, вслед за остальными покидал хижину, Мак поразился тому, с какой неприкрытой ненавистью взглянул он на своего вожака. Эти волки в любую минуту готовы были перегрызть друг другу пасть. И Кэмпбелл, похоже, боялся Биссета меньше, чем другие бандиты.

Едва только за ними закрылась дверь, Биссет взял в руки двустволку и открыл затвор, проверяя патроны в стволах.

— Ты, конечно, на что-то рассчитываешь, раз решился сюда прийти, — сказал он сквозь зубы, — может быть, ты привел с собой целую банду, может, у тебя еще что на уме. Но одно я тебе обещаю: как бы ты со мной ни шутил, я все равно выберу тебя…

Мак стоял перед ним безоружным и беспомощным, со связанными руками. Но подозрительность матерого хищника, которая, по-видимому, не раз выручала Биссета в прошлом, должна была рано или поздно сыграть с ним дурную шутку.

— Я знаю — за тобой ничего не числится. Ты пришел сюда не для того, чтобы остаться в моей банде. Ты знал, что я велю освежевать тебя живьем или расчалить тебя над муравейником. Тогда какого черта тебе здесь надо? Большой Мак расхохотался ему в лицо. Человек, который перегоняет тысячеголовые стада на расстояния в тысячу миль, в особенностях человеческого характера должен разбираеться не хуже, чем в повадках животных. Биссет повел себя именно так, как он предположил, обдумывая свою безумную затею. Однако, почуяв свою игру, техасец вынужден был делать ходы вслепую и выжидать изменения расклада сил:

— А банда, как я погляжу, у тебя небольшая, Биссет, — усмехнулся он.

— Здесь не все мои люди, — рявкнул главарь. — Некоторые отправились в набег в сторону границы. Но ты мне зубы не заговаривай. Выкладывай, что ты задумал!.. Если скажешь, обещаю, что умрешь легкой смертью.