Лопе де Вега - Том 5

Вот это был удар!

Но против трех я б устоял едва ли…
Хотя во мне пылал сраженья жар,
Мои враги меня бы одолели.
Инстинкт в беде — неоценимый дар.
Я, вопреки всем правилам дуэли,
Бежал, стараясь замести следы.
Любой из нас в таком опасном деле
Сухим не прочь бы выйти из воды.
Но понял я, придя в себя немного,
Кто тот, что стал причиною беды,
Когда он, душу отдавая богу,
Вдруг прошептал, взор обратив ко мне:
«Сам виноват… туда мне и дорога…
Смерть, смерть пришла… Злосчастный я Рейне…»
И вот, когда клинок так зло и просто
Решил наш спор, как бы в кошмарном сне,
Я вышел на широкий перекресток,
В ножны вложил зазубренную сталь,
И, прежде чем на листьях сонмом блесток
Заря росы рассыпала хрусталь,
Десяток добрых миль я отшагал.
Страх овладел мной, увлекая вдаль.

Враги не спят. Когда бы это был
Далекий край, который нам неведом,
Вам королевский суд бы не грозил.
Но мы в Валенсии. Погоня — следом…
Хвала судьбе, что враг вас не настиг
И не отпраздновал свою победу!
Будь проклят этот злополучный миг,
И мужество, и доблесть, и отвага,
Что сделали вас жертвою интриг
И кровью обагрили вашу шпагу,
Что знатных навлекли на вас врагов,
Ступить спокойно не дающих шагу!
Флорьяно, брат! Я вам помочь готов.
Тьма выдумок в уме вертится, к счастью,
Но, будь он порожденьем ста умов,
Бессилен ум пред королевской властью.
Как ни прикинешь — все плохой исход…
Хотя порой спасает от напасти
Что первое нам в голову взбредет…
Послушайте! Тут либо выход, либо…
Конечно, выход! Есть надежный ход!
Безумным вы прикинуться могли бы?

Безумным? Что мне это может дать?

О, очень много! Станьте камнем, глыбой,—
Нет, так безумствуйте, чтоб мог признать
Вас сумасшедшим каждый. Есть больница
В Валенсии — земная благодать
Для одержимых. Вот куда стремиться
Вам следовало б. Ну, а кто потом,
Увидев вас, сумеет усомниться,
Что, весь в грязи, с дурацким колпаком,
В соломе и в изодранном халате,
К тому ж еще доставленный силком,
Не сумасшедший заключен в палате?

Какая мысль! О друг! Судьба сама
Послала вас. Раскройте же объятья!
Безумие приятней, чем тюрьма.
Валерио, скорей, скорей в больницу!
Я постараюсь так сойти с ума,
Что даже вас заставлю удивиться.
Пусть светоч разума поглотит тьма!

Чтоб стать безумным, стоит лишь влюбиться!

Ну вот, Эрифила, и стены
Валенсии, манившей нас.
Здесь, говорят, Венера, Марс [55] Венера. — См. прим. 8. Марс . — См. прим. 5.
На страже жителей почтенных.
Мы у ворот Куарте. Вот
И Турия, что, на просторе
Валы вздымая, платит морю
Дань хрусталем прозрачных вод.
Вон — Сео. Звонниц всех других
Превыше башня Микалете.

Впрямь таковы они, как это
Нам обещала слава их.
Прекрасный город. Этот вид
Я никогда не позабуду.

О да!

Тсс… Кто-то говорит.
Здесь люди.

Да. Уйдем отсюда.

Меня бы только не узнали!

Пойдем, смотрителя найдем,—
Он впустит в сумасшедший дом.

Ты рад, что мы сюда попали?

Еще бы! Здесь живут богато.
Посмотришь, что ни дом — дворец.

А что предпримет мой отец,
Узнав про бегство, Леонато?

Что подобает дворянину,
Когда он в чувствах оскорблен:
Укроется на время он
От языков не в меру длинных.
Проклятье дочери пошлет,
С предателем-слугой ушедшей…

Нет, Леонато, сумасшедшей
Меня родитель назовет.

Безумен я, любя неровню,
А ты, со мной вступая в брак.
Не намекай мне, что никак
Не может розой стать шиповник.
Теперь не тот я, что бывало.
Уж раз зажег в тебе я кровь,
То это значит, что любовь
Слугу с сеньорой уравняла.