Евгений Клячкин - Песни

И стоят в затылок троллейбусы,
и сугробы рядом растут:
нет машин, а дворники ленятся.
И в конюшнях лошади ржут.

Дети бегают — не положено! —
посредине — не по краям.
Положение очень ложное:
бегать, собственно, надо нам.

Стала улица — и завод стоит.
Самолет не смог улететь.
Бомбы — в ящиках, ядра — в атомах…
Сказка кончилась… дали свет.

Стихи нам дарят красоту,
сбирая за чертой черту
в извилисто-капризной
текучей нашей жизни.

И без ее высоких черт
тебя ни ангел и ни черт
не сделает поэтом…
Но нынче не об этом.

Любовь — вот чудо из чудес!
Что наша жизнь, простите,
без сияющего чуда?!
Но это — не отсюда.

О чем же разговор? О том,
как катишь в гору грязный ком
подтаявшего снега,
а в небе — только небо.

И нужен ли кому твой труд?
Слова «потомки разберут» —
банально-обиходны,
а жизнь — она ж проходит.

И вдруг когда-нибудь потом
ты ощущаешь за плечом
уверенные крылья,
и нет уже бессилья.

Здесь даже арабы трещат на иврите,
здесь флаг с «могендовидом» [25] Могендовид — щит Давида (иврит) . реет.
Здесь нету проблемы антисемитов,
но встала проблема евреев.

Я каждое утро влипаю в газету:
ну что там Шимоны, Шамиры?
Все делят портфели? А их уже нету?
Так где они, ваши квартиры?

Мы знаем про то, как вы сильно нас ждали, —
листовки, газеты, брошюры
про это шумели-кричали-шептали,
кружась над Россиею хмурой.

Ну вот мы и здесь. Солнце южное греет,
и что же увидели все мы?
Страна для евреев — ей не до евреев.
У них есть другие проблемы!

Теперь вот Шамир выдвигает Шарона —
мы слышим восторженный лепет.
А кнессет — тут голубь, там ястреб, ворона,
и всяк свое гнездышко лепит.

Ребята, очнитесь! Вопрос не в квартирах
и даже не в нас, если глубже.
В стране для евреев, единственной в мире,
не может быть хуже и лучше.

Жить можно богато, и жить можно сносно,
но сносно должно быть любому!
Покой и уверенность — корень вопроса.
Без них нет понятия «дома».

Россия еврею — не мать, как ни горько.
Но шли мы, а не уползали.
И нас выпрямляла и двигала гордость
за маленький гордый Израиль.

Сносить униженье в Америке сытой
незваным гостям — неизбежно.
Но дома, в Израиле, с сердцем открытым
оно убивает надежды.

Пройдите в любые мерказы, мисрады [26] Мерказ — центр (иврит), мисрад — контора (иврит) . !
Рав [27] Рав — раввин (иврит) . Перец, не бойтесь, пройдите!
Мы вас там не тронем, хотя было б надо!
Но больше про это не врите.

Я сам бен-Ицхак [28] бен-Ицхак — сын Ицхака (иврит) . и спрошу у Ицхака —
у главного, ради примера:
«Премьерство — ваш бог? А все прочее — как-то?
Тогда вам не место в премьерах!»

Пора закруглять и, возможно, скорее.
Скажу напоследок неслабо:
в стране для евреев — сначала евреи!
А после — весь мир. И арабы.