Евгений Клячкин - Песни

Перечислять, боюсь, не хватит жизни —
прощай, мне незнакомая Земля.
И все, меня любившие в Отчизне,
кого до смерти не узнаю я…

Без убежденья здесь поставим точку.
Прекрасен снег над серою Невой.
Представимте, что он такой же точно
над Сеною и Темзой… Боже мой!

Всего милей родимый дом в сравненье
с чужим — об этом сказано давно.
Покажется приметой отклоненье.
Да сравнивать — вот жалость! — не дано.

Утешимся березовою рощей,
с листом осенним разделив печаль…
Жаль не того, что нет, а то, что проще
любить, что под рукой, — вот это жаль.

Я прощаюсь со страной, где
прожил жизнь — не разберу чью.
И в последний раз, пока здесь,
этот воздух, как вино, пью.
А на мне, земля, вины — нет.
Я не худший у тебя сын.
Если клином на тебе свет,
пусть я сам решу, что свет — клин.

Быть жестокой к сыновьям — грех,
если вправду ты для них — мать.
Первый снег — конечно, твой снег!
Но позволь мне и второй знать.
А любовь к тебе, поверь, есть —
я и слякоти твоей рад.
Но отрава для любви — лесть.
Так зачем, скажи, ты пьешь яд?!

Ты во мне, как я в тебе — весь,
но не вскрикнет ни один шрам.
То, что болью прозвенит здесь,
клеветой прошелестит там.
Я прощаюсь со страной, где
прожил жизнь — не разберу чью.
И в последний раз, пока здесь,
этот воздух, как вино, пью.

Помнишь этот город, вписанный в квадратик неба,
Как белый островок на синем,
И странные углы косые?..
Жаль одно, что я там был тогда, как будто не был.

Помнишь церковь, что легко взбежала на пригорок
И улеглась на нём свободно,
Отбросив руку с колокольней,
Как лежал бы человек, спокойно глядя в небо.

Ветерок относит тени и друзей, и женщин, —
Что ж, разве это не прекрасно,
Что верить до конца опасно…
Неужели ты чего-нибудь другого хочешь.

Две свечи в ногах, а сами станут в изголовье.
Вот фотография… прекрасно,
И время над тобой не властно.
Слава богу, та, с косою, нас ещё не ловит.

Стены этих храмов по глаза укрылись в землю.
И добрые седые брови,
И в жёлтых бородах — улыбки…
Неужели ты в ответ не хочешь улыбнуться?

Камни нас в лицо узнают и запомнят камни.
Ну, разве нам с тобой не ясно,
Что всё устроено прекрасно…
Лица их в морщинах, тяжкие тела их — помни.

Так лежал бы человек, спокойно глядя в небо…