Евгений Клячкин - Песни

Мне-то все равно, все равно,
я уговорю сам себя,
будто все за нас решено,
будто все ворует судьба.
Только ты не веришь в судьбу,
значит, просто выбрось ключи.
Я к тебе в окошко войду…
А теперь молчи.

Нет, не уходи,
когда унылой пеленой висят дожди,
и неба синего не видно впереди,
и мокрый холод разливается в груди —
не уходи,

когда окно
от серых туч и серых струй почти темно,
за ним колеблется размытое пятно,
и в тусклом сумраке за мокрою стеной
передо мной

твои глаза
пересекает капля, будто бы слеза,
и губы движутся, но нечего сказать,
и память снова возвращается назад
к твоим глазам,

и старый двор,
пустой и мокрый, на меня глядит в упор
и повторяет наш последний разговор
почти без слов, и тем понятнее укор,
и до сих пор

идут дожди,
кругом зима, а у меня идут дожди,
и хоть бы маленький просвет был впереди,
и все кричит во мне, кричит: «Не уходи!»
Не уходи!..

Я лежу — всюду сумрак сиреневый.
Я по городу мчу сквозь сирены вой.

Два мильона — сплошные знакомые —
в крышку гроба — лиловыми комьями.

Соберутся на кладбище все чины,
наплетут про меня всякой всячины.

Потерял посетителя Ленгорпит —
повара с горя начали водку пить.

Стынут комплексные по полпорции,
а жена не ест — с горем борется.

Помогают бороться ей разные —
морды бледные, морды красные.

Проявляют живое участие —
кто служебное, кто — просто частное…

Папа спит под землей, дочка — в комнате…
Если нечего делать — вспомните.

Что хочу — скажу, не пожалею.
Мимо прохожу — и то шалею.
Взглядом провожу — остолбенею.
Эх, может, погожу — переболею.

Может, погожу, как с кручи — бочка,
а она плывет, как в речке — тучка.
Кинусь мотыльком на свечку ночью,
и конец знаком, как в строчке точка.

И конец знаком, а ждешь начала,
чтоб судьба опять тебя качала,
чтобы ночь-обманщица мычала,
а луна глядела и молчала.

А луна молчала, как ведется.
Знаю, отвечать сполна придется.
Ну а как не петь, пока поется
и пока мотор о ребра бьется?!

Незнакомое, младое — здравствуй!
Племя, чье настало время, — царствуй!
Мишурой на солнце вспыхнет дар твой,
но и тень здесь яд, а не лекарство.

Сладостный обман — обман всесилья.
В голове дурман и шорох крыльев.
Вроде только взмах — и небо рядом.
Хватит ли ума сказать: «Не надо»?

Хватит ли ума? И пусть не хватит!
В облаке из роз к нам юность катит.
Лепестки-года усыпят платье,
а шипы останутся как плата…

Хорошо б не знать всего, что знаешь!
Как бы вот не помнить то, что помнишь,
юности навстречу пробегая
по цепочке пропыленных комнат…

…Что хотел — сказал, а было ль надо?..

Ни лекарствами,
ни подарками…
В чьем-то царствии
быть придурками.

Мне не стать другой —
а тебе-то что:
под твоей ногой —
просто ветошью.

Оботрешь сапог —
не поморщишься.
Скажешь — «мой запой —
одиночество».

Ни бегущую
и ни сонную…
Может, просто я
пересолена?!.

Так ведь слезы все!
А они — твои.
Как нести одной,
что дано двоим…

У тебя ж ни слез
и ни дерзости!..
Раз уж так сошлось —
мы поделимся.