Дмитрий Пригов - Москва

И раз возвращаяся из одного
Похода, он вспомнил: О, други!
Здесь конь мой погиб, я б хотел на него
Посмертно взглянуть на досуге!»

Его ординарцы проводят тогда
Печальными глазу местами,
И видит он кость белоснежную лба,
И ногу на череп он ставит.

«Прощай, мой товарищ! Опора моя!
Мы вместе гуляли немало!»
Из кости меж тем гробовая змея
Шипя между тем выползала.

И вскрикнул внезапно Буденный и враз
Он выхватив саблю из ножен,
Ей голову рубит – ну, как напоказ! —
И та упадает к подножью.

«Так головы будем рубить мы всегда
И гидре империализма!»
И слову был верен лихой командарм
Вплоть до социализма

11 | 01393 Гагарин с детства был красивый
И очень странный человек.
Сама космическая сила
Взяла его к себе наверх.

И он без удивленья видел,
Как мелкой травкой по земле
Людей носило в разном виде
И прятало назад во мгле.

С тех пор, как тень шурша крылами,
Приняв летучие черты,
Он возникает между нами
И молча смотрит с высоты.

11 | 01394 Сегодня снова я героев славлю!
Пою о том, как родину любил,
Как несгибаемой рукой – о, Павлик! —
Ты своего родителя сгубил!

Твой русый чуб, твой взгляд невинно-честный
И пионерское: Всегда готов! —
Не эта ль сила бросила Ореста
На Агамемновую кровь?!

Но враг коварный долго ждал с обрезом
Но образ твой живет в сердцах детей!
Нам и родитель не помеха, если
Святых стоит он поперек идей.

11 | 01395 Когда Сусанин наш Иван
Кружил поляков по сугробам,
Он знал, что к этому призван
Самой историей сугубой.

Смерть – перебежчивая тварь —
Садилась на плечо героя,
Шепча бесчестные слова,
Что отдых, мол, не за горою.

Манить врага и за собой,
Молясь, вести его в болото —
Что за воинственный настрой
И правда русского народа!

11 | 01396 Всем памятны злодейства эти,
Которые творил Лаврентий.

Явный нравственный урод
Без креста без малого,
Он обманывал народ,
Партию обманывал.

Кровопийца и стервец,
Словно хунта в Чили,
Но пришел его конец —
Его разоблачили.

Рада, рада вся земля,
В небе снова светятся
Звезды древнего Кремля
Красною Медведицей.

11 | 01397 Когда Никита наш Хрущев
Со сталинизмом расправлялся,
Он Бруту брат был, а еще
Он новым Прометеем звался.

И ликовал могучим хором
Демократический народ,
В Большом театре Терпсихора
Сама водила хоровод.

Порублен, как тростник на взлете,
Безжалостною смертью он,
Но в верной памяти живет он
Освобожденных им племен.

11 | 01398 Вот Кремль золотой,
Где Клим Ворошилов
Жил словно святой,
Дела ворошил он.

Однажды средь дня
С задумчивым видом
Он шел и коня
Больного увидел.

Неистовый зверь,
Могучий, прекрасный
Был жалок теперь
С раненьем опасным.

Под стройной ногой
Из порванной вены
Кровище и гной
Текли откровенно.

Ворошилов в момент —
Грудь нараспашку!
И рвет позумент
С нательной рубашки.

И ногу коня
Обнимает несильно,
И шепчет: Меня
Не раз выносил ты

Из всяческих бед,
Из-под пуль пистолета
И ногу тебе
Первяжу я за это.

И конь на Кремле
Запел благодарно,
И стало светлей
Лицо командарма.

11 | 01399 Прекрасны древние, но эта падла —
Из всех прекрасней Клеопарда!

И Цезарь, и Антоний стройный
Ласкали грудь и плечи ей,
Ласкали пламя мест потайных,
Точащих сладостный елей.

Забывши жизнь, пурпур и славу,
Сенат и Рим, и власти хруст,
Глотали темную отраву
Из тонких египтянских уст.

И померла она прекрасно,
Змеей укушенная в грудь,
Чтоб на нее плебейской лаской
Никто не смел бы посягнуть.

11 | 01400 Когда волна страстей народных
Взошла в трагическом венце,
Он вышел, рыцарь благородный
С бородкой острой на лице.