Санта Монтефиоре - Найти тебя

Селестрия опустилась на кровать матери, пытаясь собраться с мыслями, ей казалось, что вместо головы у нее клубок шерсти.

Она посмотрела на часы: было уже 11.30. У нее оставалось меньше часа, чтобы принять ванну и одеться с иголочки, потому что дедушка хотел, чтобы она выглядела лучше всех.

Когда она погрузилась в ванну и вода с ароматом колокольчиков покрыла ее тело, смывая с него скверну прошлой ночи, она вдруг почувствовала огромное облегчение от того, что приехал дед. Наконец-то он здесь и уж точно сможет позаботиться о ней. Она без обиняков поделилась бы с ним всем на свете, а он выслушал бы ее, ласково глядя своими мудрыми серыми глазами. И если что-то было не так, он мог бы это исправить, потому что Ричард У Бэнкрофт II был человеком, имеющим огромную власть и богатство. Конечно, он не вернул бы ей отца, но наверняка не дал бы им с мамой пойти по миру. При желании она может переехать к нему в Нью-Йорк, найти там приятного богатого американца и жить припеваючи на Манхэттене, а на каникулы ездить отдыхать на остров Нантукет: от одной этой мысли она получала огромное удовольствие. К тому времени, как Селестрия надела неяркую летнюю юбку и желтую двойку из тонкой шерсти: блузку и легкий жакет, а шею и уши украсила блестящими жемчугами, она почти полностью пришла в себя. Девушка с обеих сторон заколола волосы, волнами ниспадающие на плечи и спину, и очень аккуратно нанесла макияж и накрасила губы. Выходя из квартиры, она взглянула на себя в зеркало, находящееся в холле. Ей было интересно узнать, чем можно объяснить столь внезапное изменение ее облика: тем ли, что она стала женщиной и прикоснулась к тайнам секса, или же эта метаморфоза вызвана маминой темно-красной губной помадой и жемчугом.

Селестрия доехала до отеля «Ритц» на такси. Когда она вышла из машины на тротуар, ее вдруг охватило волнение при виде блестящего красного «бентли», который остановился у входа, мурлыча, как очень большой кот. Безупречно одетый шофер в черной шляпе и перчатках сделал шаг вперед и открыл заднюю дверь, а два портье в униформе, возбужденное состояние которых выдавали розовые щеки, принялись рьяно ему помогать. И было из-за чего — ведь Ричард У Бэнкрофт II являлся не просто очень важным гостем, он был известен еще и тем, что щедро раздавал чаевые. Рита, его помощница, живо выскочила из передней двери машины, в то время как ее босс очень неторопливо встал с заднего сиденья, одаривая служащих отеля столь характерным для таких случаев самоуверенным взглядом. Коренастый, как медведь, сутулый настолько, что его голова находилась почти на уровне плеч, он медленно двинулся вперед, всем своим видом признавая горечь поражения перед старостью и неумолимо бегущим временем. Но все же у него были пышная, сверкающая серебром шевелюра, пронзительные умные глаза и столь необходимое в жизни остроумие, которые, казалось, были намного моложе своего хозяина. Он поднял руку, жестом поблагодарив шофера, и начал подниматься по лестнице. Рита, которая сопровождала мистера Бэнкрофта во всех его поездках, поспешила вперед, чтобы предупредить менеджера отеля, что он уже прибыл. Хотя это совсем не обязательно было делать. Мистер Уиндторн уже стоял в фойе, готовый встретить почетного гостя как полагается.

Селестрия проследовала за процессией, размышляя, сколько же еще пройдет времени, прежде чем они заметят ее. Она была постоянным гостем в «Ритце» и знала каждого служащего по имени. Когда мистер Уиндторн пожимал руку ее деда, то случайно посмотрел через плечо гостя, и в поле его зрения сразу же попала красивая блондинка, стоящая чуть поодаль и явно ожидающая кого-то.

— Мистер Бэнкрофт, — еще шире улыбаясь, сказал он. — Мисс Монтегю тоже здесь.

Ричард Бэнкрофт не спеша повернулся и буквально просиял при виде своей внучки.

— Ты пришла вовремя и, как всегда, выглядишь просто ослепительно! — воскликнул он с сильным американским акцентом, широко распахнув объятия в надежде, что она бросится к нему и расцелует старика. Селестрия с любовью приникла к дедушкиной груди и прижалась к его лицу — ею овладели сладостные чувства: она ощутила себя кораблем, который долго искал пристанища в тихой бухте, чтобы защититься от непостоянства морской стихии.

— Ты пахнешь колокольчиками, а сейчас ведь даже не весна, — сказал он, усмехнувшись, и внезапно ощутил себя намного моложе своих лет. Она взяла его под руку, и он нежно погладил ее кисть своей ладонью.

— Доброе утро, мисс Монтегю, — несколько холодно поприветствовала ее Рита. Она работала на мистера Бэнкрофта вот уже пятнадцать лет, и у нее вечно портилось настроение, когда кто-то из женщин, и в частности его внучка, находился в непосредственной близости от него. Стоило только Селестрии появиться рядом, как он напрочь забывал о своей помощнице.