Санта Монтефиоре - Соната незабудки

Луис взял Одри за руку, но та отпрянула и в ужасе посмотрела на него. Момент для признаний был выбран очень неудачно. Тем более по прошествии стольких лет… Он повернулся к ней и ободряюще улыбнулся. «Доверься мне», — безмолвно попросил он.

— Одри с Айлой были очень близки. Со слов брата я знаю, как долго она не могла примириться с потерей сестры. Я люблю Одри, как родную сестру, и не хочу бередить ее раны.

— Луис, я ценю твою деликатность, но Одри ведь хочется послушать тебя, не так ли, дорогая? — спросила Роуз.

Одри кивнула. Она почувствовала, как Луис сжал ее руку, и без слов поняла: этот жест — знак того, что он больше не намерен прикрываться именем Айлы и нуждается в ее поддержке. Но Одри также знала, что, потворствуя этой игре, она не сможет устоять. Их роман разгорится с новой силой. И на сей раз она рисковала очень многим: она была замужем, и детям была нужна ее забота. Но все-таки Одри сжала его руку в ответ, тем самым давая понять, что она согласна. Она любила его, а значит, у нее не было выбора.

Луис принял решение лгать как можно меньше, поэтому — начал с перечисления тех качеств Айлы, которыми он восхищался.

— Она всегда была искренна, — заговорил он. Жгучее любопытство отразилось на лице Роуз, придавая ему уверенности. — Айла была импульсивна и своенравна, и мне всегда было с ней весело. Я ни разу не видел ее несчастной или напуганной. Ее жизнь оказалась короткой, но счастливой. — Но Роуз хотела услышать больше. — Когда мы с Айлой познакомились, меня поразила ее красота. Обе ваши дочери — настоящие красавицы, — уточнил Луис с опаской.

Роуз с нежностью посмотрела на Одри, в то время как во взгляде, брошенном Хильдой на Нелли, читалось желание привести в порядок хотя бы жидкие русые волосенки дочери.

— Но превыше всего я ценил то, что она всегда была самой собой. Айла была азартна и по-настоящему любила жизнь. Мы горько скорбим по ней и никогда ее не забудем…

— Но где же проходили ваши свидания? — спросила Роуз, сгорая от нетерпения.

— В вашем доме. Айла хорошо играла в нарды, мастерски продумывала ходы в бридже. Это была абсолютно невинная дружба, Роуз. Дружба, которая только зарождалась… — Луис вздохнул. На его лице отражалась неловкость, и оно, казалось, светилось тусклым внутренним светом.

Тетушка Эдна, которую разговор интересовал мало, как раз смахивала со стола крошки пирога. Неожиданно она подняла голову и прислушалась, поскольку голос Луиса внезапно стал тихим и печальным. Одри ощутила, что его ладонь стала влажной.

— Ради любви я оставался здесь, и из-за нее же мне пришлось уехать. Я успел понять, что без любви жить невозможно. Так что уезжала отсюда лишь половина меня: та часть меня, в которой находится сердце, осталась здесь, с нею. В течение многих лет в Мексике я выживал благодаря воспоминаниям о любви, я пытался найти любовь в глазах других женщин, но тщетно. Каждый раз я терпел неудачу, потому что глаза, смотревшие на меня, не были похожи на глубокие безмятежные омуты, что лишили меня покоя. Это были всего лишь пустые глаза незнакомок… Понимаете, Роуз, мне было предначертано любить только одну — женщину, избранную для меня Богом. По божьей воле я оказался здесь, чтобы встретиться с ней. И едва увидев ее, я понял, что мы созданы друг для друга. Я чувствовал, что никто не сможет понять меня так, как понимала она. Но истинным чудом было то, что она ответила мне взаимностью. Она действительно любила меня. — Он умолк и потупил взор.

Роуз смахнула со щеки слезинку. Эдна была очень тронута. Она украдкой взглянула на Одри. Без сомнения, Луис говорил именно о ней, а не об Айле.

— Я не хотел возвращаться домой, потому что понимал, что не смогу жить в Аргентине без нее. Так что, покинув Мексику, я еще долго путешествовал, прежде чем вернуться в Англию. Там я жил у своей сестры Сисли, и там меня застала весть о том, что Одри вышла замуж за Сесила. Осознание того, что я никогда не смогу насладиться подобным счастьем, заставило меня испытать настоящее потрясение. Жениться на любимой женщине — это ценнейший из подарков Неба. Но я был его лишен. Именно тогда я решил вернуться домой. Мне было нужно одолеть своих бесов в одиночку, убедиться, что мои мечты были не напрасны, что они чего-то стоили. Итак, я вернулся, чтобы забрать свое сердце, оставленное тут шестнадцать лет назад. И что же я понял? — Он поднял взгляд и встретился со взглядом Роуз.

— Что же? — спросила она дрожащим голосом.

Луис чуть подался вперед.