Гарольд Роббинс - Властелины удачи

— Я бы предпочел, чтобы его избрали на этот пост. И все обошлось бы без военного переворота. Putsch, как называют его немцы. Он разграбит страну.

— В Латинской Америке это обычное дело, не так ли? — спросил Джонас.

— К сожалению, да.

Еду подавал высокий негр по имени Робер. Бат со слов отца уже знал, что Робер кормил еще первого Джонаса, то есть служил семье уже сорок лет. Вот и теперь, когда Робер разливал вино, Джонас отметил, что тот знает о Кордах больше, чем сами Корды.

— «Ни один человек не будет героем для своего слуги», — улыбнулся Бат.

— Лорд Честерфилд, — назвал Джонас автора цитаты.

— Извините, мистер Джонас, — вмешался Робер, — но фраза эта из письма француженки, звали которую мадам Корнюель. «Il n’y a point de héros son valet de chambre».

— Черт! Мой valet de chambre образованнее меня.

— Нет, мистер Джонас — Робер улыбнулся. — Я интересуюсь всем, что касается моей профессии.

После обеда они остались за столом. Джонас пил бербон, Бат — французский коньяк.

— Вот о чем я хочу с тобой поговорить. — Джонас посмотрел на сына. — Во-первых, почему бы тебе не переехать в эту квартиру? Я провожу здесь две-три ночи в месяц, а то и меньше. Она в твоем полном распоряжении.

— Мне не удастся поддерживать в ней чистоту.

— Послушай, я снял ее только потому, что этого хотела Моника. Она проводила в Нью-Йорке много времени. Она хотела оставить ее за собой по условиям договора о разводе, но это у нее не вышло. Я также снимаю «люксы» в отелях Чикаго и Лос-Анджелеса, чтобы, приезжая туда, не тратить попусту времени. На телефонах там установлены скрамблеры. В сейфах лежат документы. Шифры замков известны только мне. — Он пожал плечами. — Бутылки с бербоном, который я пью, и моя одежда много места не занимают. Поддерживать чистоту тебе не нужно. Тут есть, кому убираться. Ты сможешь сэкономить те деньги, что сейчас платишь за жилье. Кроме того, — он улыбнулся, — подумай, какое впечатление произведет эта квартира на девушку, которой ты предложишь подняться к тебе.

Действительно, присутствия Джонаса и Моники в квартире не чувствуется, отметил Бат. Мебель они, скорее всего, купили у прежнего владельца. Так что квартира так и осталась безликой, как номер отеля. Но комфортабельной.

— Что скажешь?

— Позволь мне подумать.

— Ты просто не знаешь, как выразить свою благодарность, — в голосе Джонаса слышались саркастические нотки.

— Я… хорошо. Спасибо тебе.

Он не хочет зависеть от отца, слишком уж сближаться с ним, но лишние деньги ему бы не помешали. «Уилсон, Кларк и Йорк» платили негусто, а он не хотел просить мать прислать ему денег.

Джонас поднял стакан, посмотрел, сколько осталось в нем бербона, вновь поставил на стол.

— Раз с этим все ясно, перейдем ко второму вопросу. Ты собираешься на Рождество в Кордову?

— Вроде бы нет.

— Тогда у меня будет к тебе предложение. Поедем в мое родовое гнездо, на ранчо в Неваду. Я бы хотел, чтобы ты увидел, откуда пошли Корды. Я хочу познакомить тебя с Невадой Смитом. И… Я все думаю об этой девушке. Может, ты уговоришь ее поехать с нами?

— Не знаю. Сомневаюсь.

— Ее сенатора переизберут. Она работала как проклятая и заслужила отпуск. Кроме того, близко она ни с кем не сошлась.

— Откуда ты все про нее знаешь? Что ты еще задумал?

— Спокойнее, сын, спокойнее. Фил Уоллейс знаком с сенатором Холландом. Воспользовавшись твоим любимым выражением, мы задали прямые вопросы и получили прямые ответы.

— Я не помню, что называл тебе ее фамилию. Тебя это не касается.

Джонас улыбнулся:

— Каюсь, мне пришлось наводить справки. Она девушка что надо. Лучше тебе, пожалуй, не найти. Согласен, это не мое дело. Но я бы хотел, чтобы ты провел несколько дней в Неваде. Тони Максим тоже может приехать, если, конечно, ты ее пригласишь.

Бат ответил не сразу.

— Я над этим подумаю.

— И насчет себя тоже?

— Нет, я-то приеду. А вот приглашу ли Тони, еще не знаю.

Рождество. Никогда Тони не чувствовала такого потока энергии. Корды. Вокруг них все вибрировало. Ради этого стоило ехать в такую даль.

Оглядывая гостиную, Тони гадала, где же живет Джонас Корд, ибо тут он явно не жил. После ноябрьских выборов она дважды побывала в квартире в «Уолдорф Тауэрс», но он не жил и там. Квартира эта более всего напоминала номер отеля. Лишь кабинеты Джонаса в «Уолдорф Тауэрс» и здесь, на ранчо, в какой-то степени несли отпечаток личности хозяина. Гостиные же, столовые, спальни оставались безликими.