Гарольд Роббинс - Бетси

Лорен ответил суровым взглядом, затем повернулся к деду.

— Раз уж мы все собрались, дедушка, что ты хотел нам сказать?

Номер Один посмотрел на него.

— Я думаю, что в этом доме мы все собрались в последний раз, и будет неплохо, если мы выпьем на прощание.

Лорен кивнул.

— Так трогательно и сентиментально, — он повернулся к Алисии. — Держу пари, ты и подумать не могла, что мой дед так благоволит к тебе и даже предложит прощальный бокал.

Голос Номера Один обратился в лед.

— Ты мой внук, но это не значит, что ты можешь грубить. Я думаю, ты должен извиниться перед Алисией.

— Я ничего ей не должен! — Лорен побагровел. — Она уже взяла у меня все, что могла.

— Я не потерплю, чтобы в нашей семье подобным образом говорили с женщинами, — отчеканил старик.

— Через несколько недель она уйдет из семьи, — ответил Лорен.

— Но пока она твоя жена, — напомнил Номер Один. — И, клянусь Богом, я жду от тебя подобающего к ней отношения, или…

— Что «или», дедушка? — с сарказмом спросил Лорен. — Ты вычеркнешь меня из завещания?

— Нет, — ровным голосом ответил старик. — У меня есть лучший вариант. Я вычеркну тебя из своей жизни.

Долго они смотрели друг другу в глаза. Наконец Лорен отвел взгляд.

— Я извиняюсь, — пробормотал он.

— Бармен, — Номер Один развернул кресло. — Налейте всем по бокалу.

В молчании бармен наполнял и разносил бокалы. Потом все повернулись к Номеру Один. Тот поднял бокал.

— Во-первых, за дебютантку. Пусть она живет долго и счастливо.

Он лишь коснулся губами виски, пока они пили, и вновь поднял бокал.

— Но я хочу сказать вам кое-что еще. Это последний бал в особняке Хардеманов. Когда мы с бабушкой строили его, то мечтали, что наш дом наполнится смехом нашей многочисленной семьи. Надежды наши не сбылись.

Наверное, никто из нас не думал, что наши дети и внуки пойдут своим путем и будут жить по-своему. Может, и мечтать об этом не следовало, но теперь, раз все поразъехались, особняк мне ни к чему.

Завтра его закроют. В две-три последующие недели некоторые дорогие мне вещи перевезут в Палм-Бич, а в начале октября особняк перейдет штату Мичиган, и пусть они делают с ним все, что заблагорассудится. Вот почему я хотел, чтобы этот бал состоялся здесь. Чтобы напоследок люди еще раз оживили мой дом.

Номер Один оглядел всех. Еще выше поднял бокал.

— За особняк Хардеманов, за мою жену, за всех моих детей.

Поднес бокал к губам, а затем, после короткого колебания, выпил залпом. Закашлялся, на глазах у него выступили слезы, потом улыбнулся.

— Ну, что вы такие грустные, дети мои? Теперь вы видите, сколько предлогов требуется старику, чтобы выпить капельку виски.

Дэн Уэйман не одобрил его предложения.

— Знаете, Анджело; вы просите нас вылить из ванной воду до того, как мы успели смыть мыло. Мне кажется, так дела не делаются.

— Лучше остаться в мыле, но получить требуемое.

— А мы его получим? — в голосе Уэймана слышалось недоверие. — Завод на Западном побережье и исследовательские работы уже обошлись нам более чем в шестьдесят миллионов, а мы так и не знаем, каким же будет новый автомобиль.

— Возможно, — кивнул Анджело. — Но мы знаем, каким он не будет. И это шаг в правильном направлении.

— Но шаг безрезультатный, — отметил Дэн. — А совет директоров интересует то, что можно пощупать руками, — он посмотрел через стол на Лорена, до того молчавшего. — Лично мне не нравится идея Анджело отказаться от «сандансера» ради автомобиля, которого еще нет.

Лучше пол-ломтя, чем ничего, и мы можем не вернуться на рынок, если в следующем году останемся без новой модели «сандансера».

— Согласно полученным от вас цифрам, — Анджело смотрел на Дэна, — эти пол-ломтя в прошлом году стоили нам почти сорок один миллион убытка. Если это правда, отказ от изготовления «сандансера» на один год позволит нам окупить наш новый завод.

— Я указал, что это экстраординарные убытки, — отбивался Дэн. — И половина приходится на неудачу с «сандансер супер спорт», который не стали покупать.

Анджело не стал напоминать, что лишь он один голосовал на совете директоров против запуска этой спортивной модели в производство, ибо правильно предугадал поворот в настроении покупателя.

— Позволь мне самому сформулировать твои рекомендации, чтобы убедиться, что я правильно все понял, — подал голос Лорен. — Ты хочешь переоборудовать сборочный конвейер «сандансера» в цех по производству двигателей и трансмиссий нового автомобиля, чтобы высвободить площади под сборку последнего на Западном побережье. Так?