Гарольд Роббинс - Бетси

Он оглядел зал, лицо его пылало от злости.

— А теперь слушайте, обжоры вы этакие! Я заплатил пятнадцать тысяч долларов, чтобы эта милая дама приехала из Голливуда и спела для вас. Так что теперь заткнитесь и слушайте!

Мертвая тишина упала на зал. Нигде не звякала даже вилка или нож. Лорен повернулся к певице, поклонился.

— Теперь все в порядке, мадам. Вы можете петь.

Вновь заиграл оркестр, и ее мягкий голос наполнил зал. Лорен сошел со сцены, споткнулся на последней ступеньке, едва не упал, но устоял на ногах и направился в бар. Его шатало из стороны в сторону.

Анджело, оказавшийся в баре, протянул руку, чтобы поддержать его.

Лорен дернул плечом.

— Все нормально, — и, бросив бармену: «Шотландское со льдом», уставился на Анджело, словно увидел его впервые. — Неблагодарные мерзавцы, — пробормотал он. — Никогда не ценят того, что для них делаешь.

Анджело промолчал.

Лорен взял бокал, пригубил.

— Хорошее шотландское. От него по утрам не бывает похмелья, не то что от канадского виски. Тебе стоит попробовать.

— У меня похмелье от всего, — отшутился Анджело. — Даже от «кока-колы».

— Неблагодарные мерзавцы, — повторил Лорен, оглянувшись на гостей. Затем вновь посмотрел на Анджело. — Когда ты появился в городе?

— Около пяти вечера.

— Почему не позвонил?

— Я звонил. Секретарша ответила, что ты уже ушел.

— Я хотел бы увидеться с тобой до завтрашнего заседания. Надо кое о чем переговорить.

— Я в твоем распоряжении.

— Я тебе позвоню, — он поставил пустой бокал на стойку. Отошел на пару шагов, резко обернулся. — Завтра утром времени не будет. Давай встретимся здесь, в баре, после окончания бала. Думаю, к трем часам все разойдутся.

Анджело посмотрел на него.

— Сегодня был длинный день. Может, подождем до завтра?

— Думаешь, я не понимаю, что делаю? — завелся Лорен.

— Знаю, что нет, — улыбнулся Анджело.

Глаза Лорена превратились в щелочки, он побагровел еще больше. Угрожающе шагнул к Анджело.

— Не надо, — остановил его тот. — Не порти дочери праздник.

Лорен на мгновение застыл, затем напряжение покинуло его. Он даже улыбнулся.

— Ты прав. Спасибо тебе, что не позволил мне показать себя круглым идиотом.

Анджело улыбнулся в ответ.

— Для того и нужны друзья.

— Могу я попросить тебя об одной услуге?

— Конечно.

— Найди меня в четверть четвертого и отвези на завод. Чувствую, что в таком состоянии мне не следует садиться за руль.

— Я тебя найду, — пообещал Анджело.

Через высокие стеклянные двери он вышел в сад. Весело раскрашенные фонари, висевшие вдоль дорожек, покачивались от ночного ветерка. Анджело закурил и направился к зданию, в котором находился бассейн.

С каждым шагом тяжелый рок звучал все громче.

Молодежь веселилась. Танцы не прекращались ни на секунду.

В зале он первым делом нашел бар. Попросил налить канадского виски со льдом, что и было исполнено незамедлительно. Он взял бокал, пригубил. В воздухе отчетливо пахло дымком марихуаны. В темноте тут и там светились огоньки сигарет. Кто-то курил табак, кто-то — «травку».

— Я с вами знакома? — раздался рядом мелодичный голосок.

Он повернулся. Девушка, молодая, как и все остальные в этом зале. Светло-голубые глаза, длинные белокурые волосы, ниспадающие на плечи. И что-то неуловимо знакомое в очертаниях рта и подбородка.

— Думаю, что нет, — он улыбнулся. — Но и я не имею чести вас знать, так что мы квиты.

— Я — Элизабет Хардеман, — высокомерно заявила она.

— Ну разумеется.

— Что вы хотите этим сказать?

— Кем же еще вы могли быть? — Анджело вновь улыбнулся. — Вы позволите поздравить вас, мисс Хардеман?

Она надула губки.

— Вы смеетесь надо мной.

— Отнюдь. Я просто не знаю, удобно ли это в такой вот обстановке.

— Вы не разыгрываете меня?

— Клянусь мамой, — на полном серьезе ответил он.

Элизабет улыбнулась.

— Могу я сказать вам правду?

Он кивнул.

— Честно говоря, я тоже не знаю, — и она рассмеялась.

— Тогда будем считать, что я вас поздравил.

— Благодарю, — она щелкнула пальцами. — У меня исключительная память на лица. Вы сидели за рулем «сандансера эс эс», который я видела как-то ночью прошлой зимой на Вудвард-авеню. С вами еще ехала женщина с большой… В общем, бюст у нее был что надо.

Анджело хохотнул.

— Виновен.

— Вы работаете у моего отца? — спросила она. — Один из испытателей?

— В некотором роде, — признал он. — Пожалуй, можно сказать и так.