Гарольд Роббинс - Босс

Джек закрыл глаза, по щекам катились слезы.

— Я понимаю, — ответил он. — Пусть все будет, как вы того желаете.

— И еще, Джек, — добавила Конни перед тем, как положить трубку. — Мы с тобой больше никогда не увидимся. Даже на людях.

В конце ноября Джеку позвонил Харрисон Уолкотт.

— Конни вчера родила девочку. Они назвали ее Кэтлин.

Декабрь 1945 года

— Мы должны пожениться в «Уэлдон Эбби», — сказала Энн Джеку. — Артур на этом настаивает. Роуз ни о чем другом и слышать не желает. — Она говорила о десятом графе Уэлдонском, младшем брате своего первого мужа, и его жене Роуз, ставшей графиней Уэлдонской. — Они считают, что нет более достойного места.

— Не будем их разочаровывать, — ответил Джек.

В «Уэлдон Эбби» они прибыли за два дня до торжественной церемонии. Дворец, не из самых больших в Англии, но достаточно внушительный, построили в VII веке на земле, принадлежавшей монастырю, который закрыл Генрих VIII. Четвертый граф Уэлдонский был большим ценителем искусства и покупал картины по всей Европе. Вот и теперь в длинном коридоре, который четвертый граф превратил в галерею, висела картина, правда, небольшая, Рембрандта, портрет неизвестного человека кисти Антониса Ван Дейка, бытовая сцена Вермера, пухленькая обнаженная девушка Буше и портрет жены четвертого графа Уэлдонского, написанный сэром Джошуа Рейнолдсом [57].

Хотя Джек и Энн не хотели пышных торжеств и предложили очень короткий список гостей, граф и графиня придерживались на этот счет иного мнения. Гостей собралось более чем достаточно. Приехал Энтони Иден, Дафф Купер и леди Лиана. Вита Сэквилл-Уэст, дальняя родственница Энн, прибыла с мужем, Гарольдом Николсоном. Приехали Макс Бивербрук и Рэндольф Черчилль, а также Кэй Саммерсби.

Джек позвал лишь Кертиса и Бетси Фредерик, которые по-прежнему жили в Лондоне, Микки Салливана и Кэпа Дуренбергера, мистера и миссис Херб Моррилл. Ему очень хотелось пригласить Харрисона Уолкотта, но по здравом размышлении он решил, что это не совсем удобно.

Его калифорнийские родственники в список гостей не попали.

За день до церемонии бракосочетания Энн устроила Джеку экскурсию по поместью.

— Я собиралась провести здесь большую часть своей жизни. Черт бы побрал этих проклятых фрицев! — Она схватила руку Джека, сжала. — Извини. Если…

Он ее нежно поцеловал.

Первым делом Энн повела его в галерею. Подробно рассказала о каждой картине. У обнаженной девушки кисти Буше спросила, что он думает об этой картине.

— Эротично… — с легкой улыбкой ответил Джек.

— Эту картину мы будем видеть часто. Это свадебный подарок нам от Артура и Роуз.

По традиции в день бракосочетания жениху не полагалось видеть невесту до начала церемонии. Десятый граф Уэлдонский предложил Джеку проехаться на машине, и всю дорогу рассказывал ему историю семьи, его и Энн.

— В ее жилах течет более благородная кровь, чем в моих. Ее предки получили дворянский титул по меньшей мере на столетие раньше моих. Исторические летописи говорят, что один из ее предков был обезглавлен в Зеленом замке по указу короля Генриха Восьмого. — Граф широко улыбнулся, продемонстрировав великолепные зубы. — Мы, Флеминги, графы Уэлдонские, такой чести не удостаивались.

— Я о своих предках, кроме как о деде, ничего не знаю. Он был профессором в Берлине и эмигрировал из Пруссии, чтобы избежать службы в армии.

— Энн — прекрасный человек, Джек. Лучшей жены просто не сыскать.

— Я горжусь тем, что она согласилась выйти за меня.

— Я считаю себя обязанным кое-что вам рассказать. Видите ли, ваш союз удивил многих. Некоторые говорят, что я по уши в долгах, и чтобы избежать продажи «Уэлдон Эбби», я устроил этот брак и получил от вас кругленькую сумму. Это, разумеется, ложь. У меня и в мыслях не было просить у вас денег.

— Если это необходимо, то я могу помочь… в разумных пределах, — ответил Джек.

— Да нет же! Избави Бог! Деньги здесь абсолютно ни при чем. Вы любите друг друга! Роуз и я увидели это, когда мы впервые встретились на Йорк-Террас.

— Я ее люблю. В этом сомнений быть не может.

— Некоторые говорят, что вы великий соблазнитель.

— Артур, — пожалуй, Джек впервые позволил себе назвать графа по имени, — откровенность за откровенность. Интимных отношений у нас с Энн не было.

— Господи, вам нет нужды говорить мне об этом.

— Почему бы не сказать? Это правда. Мы влюблены по уши, и впервые в жизни я не попросил женщину доказать свою любовь.