Иван Сербин - Гилгул

— Саша… Вы шутите?

— Нет, — серьезно ответил он. — Не шучу. Хотите убедиться?

— Я… даже не знаю. Это так странно. Саша улыбнулся жутко:

— Вы ведь не поверили Потрошителю, правда?

— Ну… Не совсем, конечно.

— А он говорил правду. Саша поднялся. В этот момент сидящий мужчина обернулся. Это был Леонид Юрьевич. Но выглядел он совершенно иначе, чем раньше. Щеки его ввалились, под глазами мешки. Он выглядел изможденным.

— Ты совершаешь ошибку, Гончий, — произнес он шепотом.

— Смотрите! — страшно взревел Саша. Отшвырнув стул, он решительно направился к стойке. Леонид Юрьевич поднялся и попытался заступить ему дорогу.

— Прочь! — крикнул Саша. В два шага он оказался у стойки, перегнулся через нее и схватил длинный нож, которым девушка-бартендерша, она же повариха, нарезала бутерброды. Бартендерша даже бровью не повела. Саша обернулся. Юля все еще сидела за столиком и смотрела на него. Парочка мило целовалась, всецело поглощенная сама собой. Им не было дела до других.

— Смотрите, — снова крикнул Саша Юле. Он взмахнул ножом и резко вонзил его себе под ребра, не почувствовав при этом боли. Затем он сделал мгновенное движение слева-направо и одновременно сверху-вниз, вспарывая живот, как самурай, делающий харакири.

— Что ты натворил, — прошептал Леонид Юрьевич. — Что ты натворил, Гилгул. Саша, с ножом, торчащим из живота, пошел к столику.

— Видите? — кричал он. — Смотрите. Вы никогда не верите! И поэтому другим приходится умирать! Слышите? Умирать, чтобы спасти вас!

— Почему вы на меня кричите? — вдруг буднично спросила Юля. — Сумасшедший.

— Я сумасшедший? — Сашу даже передернуло от ярости. — Это я-то сумасшедший?

— Вы, — кивнула она, поднимаясь и подхватывая сумочку. — Какой же нормальный человек станет резать себе живот? И, повернувшись, пошла к двери.

— Юля, постойте, подождите! Но она не слушала, шла к выходу.

— Постойте, — взревел Саша и… проснулся. Оказывается, он самым постыдным образом задремал, прямо за столом, положив подбородок на ладонь. Юля смотрела на него и улыбалась.

— Простите, — смущенно пробормотал Саша. — Я просто не выспался.

— Это нервное, — подтвердила девушка. — Весь этот разговор с Потрошителем, конечно, мог вымотать кого угодно. Вы ведь и там заснули. На пленке это хорошо видно.

— Да? — встрепенулся Саша. — Надолго?

— Заснули-то? — Она засмеялась и откинула волосы за спину. — Минут на пять. Зато два раза.

— Два раза, — повторил Саша, словно заклинание.

— Да, — кивнула Юля. — Если бы профессор это заметил, он бы лопнул от возмущения. Но им было не до вас. Настолько они увлеклись спором.

— Заснул, — Саша вдруг улыбнулся с непередаваемым облегчением.

— Что?

— Нет, ничего. Это здорово. — Он расплылся совсем уж по-детски. — Это просто потрясающе здорово. Заснул. Надо же.

— А вообще, подобные визиты, особенно если они ежедневны, должны не лучшим образом влиять на психику, — сказала Юля. — Хотя, что я вам объясняю. Это же вы у нас психиатр. Саша испытал такое облегчение, словно у него камень с души свалился. «Конечно, — подумал он. — Самое обычное нервное истощение. В отпуске не был полтора года, вымотался, устал. А тут настолько мощный психологический прессинг. Без гипноза не обошлось, факт, но, помимо гипноза, была еще и целая гора побочных раздражителей. Красноречие и актерский талант Потрошителя, разумеется, сыграли немаловажную роль, потом книга эта, да и Леонид Юрьевич „помог“… Ему же не давали думать ни о чем другом. Целый день: „гилгул-гончий“, „гончий-гилгул“. Странно ли, что стала сниться разная бредятина. Это же какая нагрузка на психику. У кого хочешь „крыша уедет“».

— Мне пора, Саша. — Юля отодвинула чашку, поднялась.

— Подождите, я вас провожу. Он торопливо вскочил, застегивая пальто. На улице уже смеркалось. Саша придержал дверь, позволяя спутнице выйти. В эту секунду одинокий мужчина, глазевший в окно, чуть повернул голову. Стал виден его профиль. Профиль Леонида Юрьевича. Саша почувствовал, как неприятный спазм страха сдавил ему горло. Он судорожно сглотнул, не отрывая взгляда от мужчины.

— Саша, вы идете? — окликнула девушка.

— Да, конечно, иду, — рассеянно пробормотал он. На самом же деле ему хотелось войти обратно в кафе, схватить мужчину за плечо и, рывком повернув к себе, заглянуть в лицо. Мужчина спокойно отвернулся к окну и снова уставился в щель между занавесками. «Нет, это не он, — подумал Саша. — Я ошибся. Леонид Юрьевич и повыше, и осанка у него другая. Царская, можно сказать, осанка. Да и что здесь делать Леониду Юрьевичу? Если бы ему понадобился Саша, ждал бы дома. А здесь… Они ведь и сами не знали, какая именно „забегаловка“ им приглянется. Явно с головой у него в последнее время не все в порядке. Надо бы посетить кого-нибудь из коллег. Хотя бы Андрея. Заодно и книгу отнести. Он от радости прыгать будет до самого потолка». Саша отпустил дверь, повернулся, Юля взяла его под руку, и они пошли к «Сухаревской».