Джангар

А быстроногий скакун, дыша горячо,

Зная, что вырвется из рядовых коней,

Мчался, в пыли за собой оставляя путь

И выдаваясь на целую львиную грудь.

Так, дождевую напоминая грозу,

Ехали всадники вниз по теченью Зу *.

И когда по раскрашенному тебеньку

Хонгор Багряный ударил на всем скаку

И отпустил поводья коня, наконец,-

Легкою тучкой от грузной грозы дождевой -

От рядовых коней отлетел бегунец

И поскакал между небом и мягкой травой.

Тьмою темневший у башни владыки Богдо

Необозримый народ великий Богдо,

Толпы самых прославленных барсов земли

Тихо беседу между собою вели:

"Там, где белеет Сладкое море вдали,

Тонет дорога в прозрачно-красной пыли.

Поднята пыль, очевидно, сивым конем.

Хонгор, сын Шикширги, несется на нем".

Все исполины Джангра на этом сошлись.

Вниз не успели взглянуть, не взглянули ввысь,-

Лев, оторвавшись от храброй дружины своей,

С громом пронесся придворных селений южней,

Северней Джангровой бумбулвы золотой,

Солнечным светом со всех сторон залитой.

Освободив от сафьянных сапог стремена,

С неутомимого сивого скакуна

Хонгор под знаменем желто-пестрым сошел...

Если на знамя Богдо надевали чехол,

То затмевало целое солнце оно.

Если же знамя реяло, обнажено,-

Семь ослепительных солнц затмевало оно!

Споря, толкаясь, к белым поводьям вдруг

Бросились дети бесчисленных Джангровых слуг

И обернули эти поводья вокруг

Белой седельной луки девяносто раз.

Из-под подушки треногу достали они.

Только стреноживать Лыску стали они,

Лыско брыкнулся четырнадцать тысяч раз

И, не по правилу, справа чумбур растянул.

Сталью тогда коневод ему ноги согнул.

Гривою с солнцем играя, взметая песок,

Сивый скакун потрясти, казалось, готов

Силой булатных копыт - владенья врагов!

Еле заметно, слегка, на правый висок

Хонгор серебряный шлем надвинул потом,

И рукава назад он откинул потом,

И по рядам удивленья гул пробежал:

Он, словно с вызовом, к белым ладоням прижал

Пальцы, исполненные десяти даров.

Смотрит народ, изумление поборов,-

Гордой горой стоит он у всех на виду!

И развевались, пленяя девичьи сердца,

Ханшей подстриженные в минувшем году,

Ханшей подправленные в текущем году,

Иссиня-черные волосы храбреца.

Темная шея с круглой башней сходна

И возвышается над необъятным хребтом,

Сильным и твердым, что крепостная стена,-

Мог бы верблюд холощеный резвиться на нем.

Серьги жемчужные несказанной красы

Переливались, прельщали игрою своей

И трепетали, подобно каплям росы,

У богатырских ушей, позади челюстей.

Грозен был черный прищур холодных очей.

Щеки горели, крови быка горячей.

Как ледяная скала, белело чело.

На самородное похожий стекло,

Беркутовый сидел между скулами нос.

Воин, которому в первый раз довелось

Хонгра увидеть, был бы весьма поражен!

А богатырские бедра одарены

Силою ста двадцати шулмусовых жен,

И двадцатисаженной они ширины.

Плечи могучие мощью орлиной сильны,

И сорокасаженной они ширины.

Тонкой была середина стана его!

Сказывают, всегда колыхалась слегка

Верхняя половина стана его...

"Верно, мы видим сейчас великана того,

Что именуется красным солнцем землиц"-

Так рассуждали бойцы, смотря издали.

Многие воины были там хороши,

А наглядеться на Хонгра они не могли!

Хонгор направился в сторону араши *,

В ней обитал отшельник - лама Галдан.

Молча семь тысяч раз обошел великан

Келью святого, счастливого миром своим,

Несколько тысяч раз поклонился он.

Благословил его лама очиром своим.

Хонгор, покачиваясь, как сандаловый ствол,

Что в одиночестве рос, песком окружен,-

По направлению к Джангровой ставке пошел,

И загудели, завидев его издали,

Самые славные барсы вечной земли.

Хонгор вошел, сбросив занавес у дверей

И придавив отборнейших богатырей,

Перед владыкой-нойоном Хонгор предстал

И со счастливой поздравил Цаган Сарой.

Также поздравил он ханшу Ага Шавдал

С выходом из холодов, с весенней порой.

Сел он среди великанов нойона Богдо,

Слева, у самого выступа трона Богдо,

И положил на подушку великий смельчак

Свой, наковальне подобный, тяжкий шишак.

И подозвал молодого Хонгра к себе

Снами своими прославленный хан Гюмбе –

Необозримых владений могучий хан,

Роя людских сновидений могучий хан!