“Пускай вас ничто не волнует, леди,
В Рождество, бывало, и не такое случалось.
Разнообразны рождественские рыцарские развлеченья!
Теперь с полным правом приступим к пиру,
Ибо видел я воочию великое чудо”.
И спокойно сказал он сэру Гавейну:
“Повесь-ка, сэр, ты свою секиру.
Поверь мне, она поработала прекрасно”.
И секиру на стене поместили, над помостом,
Выше гобеленов, чтоб всем было видно,
Чтобы чудесная чаще напоминала
О странном событии, случившемся в Новый год.
Сели за стол сюзерен с вассалом,
И поднесли им от каждого блюда
По двойной порции, как положено героям.
Приятно провели рыцари и дамы
Этот день. Но и он надолго на земле
не остался...
Так смотри, сэр Гавейн, прочь сомненья!
Чтоб избегнуть ты не пытался
Продолжения этого приключенья,
В которое сам же ввязался.
II
22 Вот какое получилось приключенье
В начале Нового года! Недаром
Артур радовался — ну и прекрасно:
Он всегда ведь хотел узнать да услышать
О доблестных подвигах прославленных паладинов.
И вот за столы все снова сели,
Сами собой стихли слова,
Заняты были и рты, и руки.
Сэр Гавейн был рад несказанно
Тем, что вызвался на славное состязанье.
Только не удивляйтесь, что продолженье
Поведанной повести прозвучит печально:
Хотя, как правило, от крепких напитков
На душе у людей и веселей, и легче,
Но год несется оленьим аллюром,
Никогда ничего наново не повторяет,
И начала никогда не схожи с концами.
Новый год пролетел, и — прочь, как птица...
Ведь в определенном от веку порядке
Времена года друг друга сменяют.
Рождество не успело еще удалиться —
Великий пост тут как тут наступает,
Тощий, старый, усталый от рыбы
И от прочей пищи, плохой и грубой.
А потом на зиму весна восстала,
Холода прошли — в землю забились,
Плывут облака особенно округлы,
Теплые ливни льются в долины,
Цветы, распускаясь, тянутся к свету,
А в полях уже злаки зазеленели,
И птицы спешат себе строить гнезда,
Весело и звонко летят над землей
их голоса.
Опускается лето светлое
На холмы, на поля овса,
В изгородях цветы разноцветные,
Пенье оглашает леса.
23 Льются летние ласковые ветерки,
Дышит зефир [29]в посевах и травах,
Побеги прекрасные прорастают в садах
Под влагой росы, блестящей на листьях,
Взгляды радует яркое солнце,
Но осень осторожная остерегает:
“Спешите созреть — о зиме не забудьте!”
Свистя своими сквозными ветрами,
Подымает пыль она под самые тучи,
Подальше от земли. А в небе низком
Дикий ветер воет, с солнцем воюя.
Листья лип летят, устилая землю,
И трава становится скучной, серой.
Все, что выросло, созрев, сникает,
Господин год гонит дни за днями,
И зима возвращается во влажные долины.
Что поделать — так все устроено, на том мир
стоит.
Лишь пред Михайловым днем [30],
Когда луна так неярко горит,
Вспомнил Гавейн о том
Пути, что ему предстоит.
24 До Дня всех святых [31]оставался рыцарь
В Камелоте, и король Артур в его честь
Пир на весь мир в этот день устроил.
Пышность этого прекрасного праздника
Была достойна Круглого стола!
Но тайной тоской терзались весь день
Благородные рыцари и прекрасные дамы,
Поскольку все они любили Гавейна.
И хотя готовы они были весь день
Болтать о чем-нибудь веселом и приятном,
С грустной душою они шутили,
Беспокоясь о судьбе славного паладина.
А после обеда обратился Гавейн
К королю Артуру с откровенной речью,
И очень озабоченно звучал его голос:
“Итак, господин мой и повелитель,
Прошу позволения вас покинуть.
Вы знаете все о знаменитой затее
Зеленого Рыцаря — незачем подробно
Говорить о трудности предстоящего приключенья.
Отправляюсь завтра за ответным ударом,
На поиски Зеленого Рыцаря еду,
Бог да приведет меня туда, куда надо...”.
Собрались тут самые славные рыцари,
Сэр Эрек [32], сэр Ивейн и другие достойные,
Сэр Додинел Дикий [33]и герцог Кларенс [34],
Ланселот [35], Лионель [36]и ловкий сэр Лукан [37],
Сэр Бос [38]и сэр Бедивер [39]— знаменитые оба —
И многое множество других молодых
(Особо отметим Мадора де ла Порта [40]!).
Собралась вся королевская компания
С горечью в сердцах проводить Гавейна.
Тайная тоска терзала рыцарей:
Ведь такой великий воин, как Гавейн,
Должен отправиться на тяжелое дело,
Должен получить удар от противника,
Читать дальше
Мне понравилось, особенно с учётом того, что книга была написана в 14ом веке и переведена на русский язык.