Vladimir - Unknown

За всем этим я следил в бинокль из своего укрытия. Впервые приходилось мне наблюдать не морской бой, а полноценное сухопутное боестолкновение. С обеих сторон работало лучшее в мире немецкое оружие. Осознание этого факта, признаться, навевало на меня глубокую тоску, но… на войне чего только не бывает. Одинокий, неуязвимый танк, похоже, капитально запечатал проход для солдат и офицеров, находящихся ниже его по склону. Так продолжалось минут двадцать. Вдруг я заметил белое пятно, фигурку снизу, ползком, подбирающуюся к танку. Я навёл резкость бинокля. Это был подросток. Маленький, юркий и рыжеволосый. Он скинул шинель и оставался в серо-зелёных, слишком просторных для него солдатских штанах и белой, перепачканной дорожной грязью рубашке. За собой мальчишка тащил небольшой, но явно тяжёлый гранатный ящик. Он подполз к танку вплотную и исчез под его днищем. Через мгновение раздался взрыв. Многотонную махину даже слегка подбросило. Танк дернулся, чуть подался вперёд и покатился вниз по склону. Затем, через десяток метров, сильно накренившись на правый борт, замер. Признаков жизни он больше не подавал.

Тут произошло уж вовсе неожиданное. На перевал со стороны танка поднялся и остановился там бронетранспортёр. Солдаты внизу, истратив, видимо, гранаты и фаустпатроны принялись бесполезно поливать его стрелковым огнём. Из бокового люка бронеавтомобиля выбрались двое. Хотя, оба были облачёны в полевую форму горных стрелков, одного из них я узнал. Я помнил его по службе на базе кригсмарине в Сен-Мало. Это был Людвиг, один из молодых флотских офицеров, служивших под началом Гюнтера Пруса на его знаменитом у-боте Дракон Апокалипсиса. Это он, коренастый, ловкий блондинчик выбил у меня из руки пистолет, когда я собирался прикончить его любимого командира в загородном клубе. Людвиг скрылся под днищем Тигра на несколько долгих минут. Его транспортёр всё это время поливал сверху пулемётным огнём солдат внизу, не давая им поднять головы из-за камней. Наконец из-под танка вновь показался Людвиг.

Ну конечно, так я и предполагал! Блондин тащил за собой Пруса. Гюнт Дракон выглядел не блестяще. Лицо в крови, одна нога волочится по земле, а из штанины торчит белый, как сахар, обломок кости. Дебют Дракона в роли танкиста прошёл, видимо, не без ущерба для морской рептилии. Хорошо же его отделал своими гранатами рыжий мальчишка из гитлерюгенда. Напарник Людвига подхватил раненого со своей стороны и все трое скрылись в люке транспортёра. Бронированная машина взревела дизелем и, оставив позади себя чёрное облако выхлопных газов, ринулась вперёд. Два пулемёта методично поливали свинцом всё пространство с обеих сторон дороги. Батальон охраны, залегший за камнями, даже не пытался отстреливаться. Следом за плюющим огнём транспортёром по дороге проследовала небольшая колонна из трёх грузовиков. Замыкал караван полугусеничный Ханомаг. Два его МГ-44, передний и кормовой, прикрывая колонну, тоже работали длинными очередями направо и налево, напоминая своими воющими звуками распиливающую тяжёлые брёвна, циркулярную пилу.

Наш отряд дождался, пока остатки батальона охраны погрузят своих тяжелораненых и убитых солдат в единственный уцелевший грузовик и пешым порядком, устало, словно бы не спеша, двинутся в направлении завода. Затем мы выждали ещё час и ретировались с места недавнего боя, где немцы, демонстрируя героизм и самопожертвование, только что доблестно убивали друг друга.

Мы с Урхо и его парнями вторые сутки сидели в их горном убежище. Более всего меня волновала сейчас судьба старика, моего друга доктора Шварца. Успокоившись и хорошенько поразмыслив над происшедшем, я пришёл к выводу, что на заводе, параллельно с нами, действовала боевая группа людей Штюббе. Это стало ясно сразу с появлением на сцене Пруса. Другой вопрос оставался открытым: Если нашей темой было уничтожение запасов тяжёлой воды, то какова была их цель? Я чувствовал, что ответ смогу получить только от Шварца. Так оно и вышло. На третьи сутки в нашей берлоге появилась Йора. Я, не без самодовольства, заметил, что уже вполне понимаю норвежскую речь.

- Хорош вылёживаться, парни! - с ходу, весело заявила она. - Получена радиограмма из центра. Группа мичмана Урхо переходит в распоряжение доктора Шварца. В городе полнейший хаос. Немцы бегут, квислинговцы удирают с ними. В южной Норвегии происходит высадка англо-норвежского десанта. Они, не встречая сопротивления со стороны немцев, движутся на Север, к Тронхейму.