Uss - Unknown

После концертов я сыграла несколько своих композиций для него, а он сыграл несколько своих для меня. Мы болтали и наслаждались компанией друг друга, и мне было очень-очень хорошо оттого, что я могла выразить свою симпатию к кому-либо. Я почти раскрепостилась.

Когда неделя подходила к концу, я заметила, что дела двигались в правильном направлении. Мартин был моим другом. Абрам был моим, может быть, в будущем больше, чем другом. Хотя у меня всё еще было "полное ведро" остаточных чувств к Мартину, в общем, это была хорошая неделя.

По плану я должна была вернуться в Нью-Хейвен в понедельник. Я нашла билеты на поезд по хорошей цене, билеты на двадцать шестое декабря были почти в три раза дороже, чем на Рождество.

Утро Сочельника фактически было моим первым и единственным шансом исследовать город. Я составила список мест, с которыми хотела ознакомиться, скрестив пальцы, чтобы они были открыты. По пути я позвонила родителям, пожелав счастливого Рождества. Это был приятный разговор, они оба казались счастливыми и расслабленными.

Моей первой остановкой был независимый магазин грампластинок на Гринвич Виллидж 39, где подавали пиво. Поскольку, когда я приехала, было только тринадцать минут одиннадцатого утра, я воздержалась от алкогольного напитка, но покопалась в винтажной коллекции грампластинок.

Я нашла несколько ценных, которые можно было добавить к моей коллекции. Когда я расплачивалась, испорченная обложка привлекла мое внимание. Это было оригинальное издание альбома Стиви Уандера "In Square Circle" 40, датированного 1985 годом. Я проверила список композиций на обороте и была рада увидеть "Очень счастливый".

Не желая передумать с подарком, я добавила его к моим покупкам, после чего покинула магазин. Моя следующая остановка была в книжном магазине, тоже на Виллидж, в котором предположительно были антикварные медицинские учебники. Я уже отправила папе его рождественский подарок, но он всегда искал гобелены для своего офиса.

Снова, после того как нашла нечто для папы, я наткнулась на кое-что для Мартина. На самом деле это было подписанное издание "Принцессы-Невесты" 41, одной из моих любимых книг и фильмов на все времена. Я поймала себя на желании разделить с ним восторг от книги, и поскольку переплет был не первого издания, я, как ни странно, могла себе это позволить.

Потом я отправилась в кондитерский магазин, который был известен своими ирисками. Купив больше, чем требовалось, я решила завернуть излишки для Мартина.

На обратном пути к его квартире я проходила мимо магазина товаров для рукоделия и декора, в окне которого были рождественские чулки ручной работы. Опять же следуя порыву, я вбежала внутрь и купила чулок с экипажем в лодке и восьмью веслами на лицевой стороне и с весьма необычным черным графическим дизайном на красном хлопке. Ещё они продавали керамические изделия. Я прихватила для него дозатор мыла в форме Хоббита, который больше походил на садового гнома с большими ногами, для его гостевой ванной.

Потом заметила удивительную ручной работы кофейную кружку с изображением бас-гитары, на которой была написано: "Всё об этой бас-гитаре". Это рассмешило меня, поэтому я взяла ее для Абрама.

Прежде чем подсчитать стоимость покупок, я нашла несколько классных канцелярских принадлежностей, настольный письменный набор, который тут же под правильным углом напомнил мне удочку, с надписью в самом низу: "Я не ленивый, просто люблю есть рыбу". Поэтому, конечно же, это было идеально для Мартина. Так что, разумеется, я прихватила и это тоже.

Возможно, я потратила больше денег, чем предусматривала, но я оценила то, что Мартин позволил мне бесплатно остаться в его доме. Меньшее, что я могла сделать, — это подобрать несколько классных вещичек для его квартиры. К тому же, я ощущала убедительную необходимость купить ему эти предметы. Увидев их, я почувствовала неоспоримую манию отдать их Мартину.

Я жонглировала своими сумками, пытаясь выудить ключи от его квартиры, и брела по холлу жилого здания, когда услышала знакомый голос, раздавшийся позади меня.

— Кэйтлин, можно с тобой поговорить?

Я замерла и напряглась, выждав мгновение, прежде чем повернуться и взглянуть через плечо. Голос принадлежал Эмме Кромвелл, и — хорошие новости — она не смотрела на меня, словно я была ответственна за вирус Эбола 42.

Но она была настроена весьма решительно.

Глава 7: Атомы, молекулы и ионы

Повернувшись к ней лицом, я почувствовала себя, словно в ловушке, и немного озадаченной от того, что следовало сделать дальше.