Maria Maximova - Unknown

— Вчера вечером в «Собаке» Дэймон Мэтьюс ударил Нину по лицу, — ответила Арлин таки тоном, словно сообщала: «Вчера вечером я ела ужин из полуфабрикатов и смотрела новости».

— Что? — воскликнул Коттон, посмотрев на меня и на мою щеку. — Это правда?

— Ага, — ответила Арлин, прежде чем я успела заговорить, а потом повернулась к Максу и приказала: — Принесешь мне пива, Макс? — И, тут же повернувшись обратно к Коттону, продолжила: — Дэймон заявился в «Собаку» и грубо обращался с Минди, Нине это не понравилось, и она вступилась за Минди. Он ее толкнул, она толкнула его в ответ, а он ударил ее по лицу.

Во время рассказа Арлин Коттон смотрел на меня и больше не выглядел счастливым.

— Ты толкнула Дэймона Мэтьюса?

— Он... грубил.

— Девочка, этот парень уже родился грубым, — сказал мне Коттон. — Но он еще твердый как скала и норовистый. О чем ты думала?

В этом месте к разговору присоединился Макс, сказав опасным голосом:

— Он не должен был ее трогать.

— Да, согласен, не должен, — быстро ответил Коттон. — Но это же Дэймон Мэтьюс. Он не должен был делать половину из того, что натворил.

— Нина этого не знала, — ответил Макс.

— Она могла просто посмотреть на него и понять, что к нему лучше не лезть, — возразил Коттон.

— Коттон, он не должен был ее трогать, вот и все, — закончил Макс, и в комнате стало тихо.

Тишину нарушила Арлин, сообщив:

— Макс избил его на стоянке.

Коттон посмотрел на Макса и спросил:

— Сильно?

Но вместо Макса ответила Арлин:

— Думаю, этот урок он забудет не скоро. Об этом говорит весь город. Это как будто одновременно настало Рождество и день рождения — Додд умер, а Макс выбил дурь из Дэймона.

Коттон хохотнул, а я воскликнула:

— Арлин!

Она посмотрела на меня, подняв брови:

— Что? Я только сказала то, что все думают.

Потом она пересела на другой стул и посмотрела на рогалики, лежащие на противне.

— Фантастика! — воскликнула она. — Рогалики! Хватит еще на одного?

— Твою ж мать, — пробурчал Макс у меня за спиной.

— Конечно, — сказала я Арлин, и она улыбнулась.

Коттон наклонился поближе к Арлин и театральным шепотом сообщил:

— Мы мешаем Максу.

— Плевать, — так же театрально прошептала Арлин и обернулась к Максу. — Макс, пиво? — Потом она повернулась обратно к Коттону и спросила: — Что с картинами?

Коттон что-то ответил, но мое внимание привлек Макс.

— Думаю, Герцогиня, — пробормотал он мне на ухо, — что я все-таки отдам тебе ключи от твоей машины. Но только мы оба сядем в нее, уедем с этой чертовой горы и поселимся в гостинице.

Я прикусила губу, вывернула шею, чтобы посмотреть на него, и улыбнулась. Макс отпустил меня, я принесла Арлин пиво, поставила рогалики в духовку, достала из микроволновки миску и добавила туда горошка.

* * *

— Тебя отнести наверх? — услышала я голос Макса и с трудом разлепила глаза.

— Прости? — прошептала я, не до конца проснувшись.

— Никогда не видел ничего подобного. Если ты заснула, то тебя не разбудить, — сказал Макс, взял меня за руку и потянул из кресла.

Я моргнула и осмотрелась.

Последнее, что я помню, поужинав и выпив пиво — я к неудовольствию Макса выпила три бокала вина, — мы с нашими незваными гостями перешли в гостиную с тарелкой выпечки. Макс разжигал камин, а Арлин и Коттон ели мои печенья и развлекали меня.

Мне не хотелось признавать, но я думала, что Макс терпел их и позволили им остаться, потому что знал: мне было весело с Арлин и Коттоном. С Арлин просто потому, что она сама веселая, а с Коттоном потому, что он много где побывал, много чем занимался, встречал много разных людей и был почти таким же прекрасным рассказчиком, как фотографом. Я столько не смеялась с тех пор...

Вообще-то, с прошлого вечера с Арлин и Минди в «Собаке».

Но до вчерашнего вечера я не смеялась много лет. Это было еще до того, как умер Чарли, точнее до того, как его ранили.

Арлин и Коттон заняли диван, а я устроилась в кресле. Когда Макс закончил с камином, он, к моему удивлению, сел ко мне в кресло, подвинув меня вбок.

Я оказалась права, когда, увидев кресло в первый раз, подумала, что там могут поместиться двое, но очень тесно прижавшись. В уюте, тепле и безопасности, выпив три бокала вина и потягивая четвертый, я свернулась в кресле рядом с Максом. Маленький рай в отдельно взятом кресле. Макс положил скрещенные ноги на оттоманку и обнял меня за плечи. Я забралась в кресло с ногами и положила руку Максу на живот (для удобства — убеждала я себя). Опустив голову ему на плечо, я слушала, смеялась и пила вино, в камине горел огонь, а Макс сидел рядом. Так я и заснула.