Maria Maximova - Unknown

Живот напомнил мне о том, что я не пообедала, и я про себя велела ему заткнуться.

Шло самое начало фильма, девушка убегала по лесу, ее едва прикрытое одеждой тело было залито кровью зарубленного молодого человека, когда я почувствовала присутствие Макса на втором этаже.

Несмотря на то, что часть меня, которую я не слушала, была рада его приходу (просто потому, что кино начало меня пугать), я не посмотрела на него. Я продолжала смотреть в телевизор, даже когда почувствовала, как прогнулась кровать, когда он сел, и услышала, как на пол упал сначала один ботинок, потом другой. Кровать снова прогнулась, я замерла, полностью сосредоточившись на экране.

Макс скользнул мне за спину, обнял меня рукой за талию и притянул к своему твердому телу. Я резко дернулась вперед, но он так же резко притянул меня обратно.

Я сдалась и полностью замерла.

— Выключи фильм, Герцогиня.

О, теперь я стала Герцогиней. После того как он доказал, что является, как и большинство мужчин — не все (Чарли со Стивом исключения), — большим мудаком.

Я не шевельнулась и ничего не сказала.

— Малышка, выключи его.

Теперь я малышка. Прекрасно.

Он вздохнул и крепче прижался к моей спине.

— Сегодня был дерьмовый день.

Я продолжала молчать и смотреть, как едва одетая дева нашла свою смерть в лесу.

— Кертис знал, что кто-то хочет его смерти.

При этой новости мое тело слегка вздрогнуло, но я продолжала молчать.

— Ему угрожали.

Я смотрела в экран, и каким-то образом, спустя совсем короткое время после жестокой кончины юной леди, двое других молодых симпатичных людей решили заняться необузданным сексом в лесном домике.

По опыту просмотра ужастиков с Чарли я знала, что это не предвещает ничего хорошего. Обычно секс — это последнее, чем занимаются герои фильмов ужасов, прежде чем их замочат топором, ледорубом, перчаткой с длинными бритвенноострыми лезвиями или простым кухонным ножом.

— Битси тоже угрожали.

Мысли о перчатках с бритвенноострыми лезвиями вылетели у меня из головы, я вздрогнула и повернула голову к Максу.

— Керт никому не говорил, он нанял частного детектива, — продолжал Макс.

Я нарушила свое молчание и спросила:

— С ней все будет хорошо?

— Мик кое-что придумал.

Я подумала про Битси, которая была одна в таком большом доме, способная передвигаться только в инвалидной коляске.

— Мне следует поехать к ней, — заявила я Максу, и он нахмурился.

— Что?

Я вывернулась из-под его руки, скатилась с кровати и бросила подушку.

— Тебе придется отвезти меня.

— Я не повезу тебя к Битси.

— Потом я позвоню Арлин, — провозгласила я, распахивая дверь гардеробной и включая свет.

— Нина, иди сюда.

Я проигнорировала его, подошла к своим вельветовым брюкам шоколадного цвета и сняла их с вешалки.

— Нина, — окликнул Макс и, когда я продолжила его игнорировать и принялась выбирать свитер из лежащих на полках, пробормотал: — Господи.

Я выбрала свитер цвета сливок с косами, но едва успела вытащить его с полки, как Макс выдернул его у меня из рук. Потом он бросил его на полку (к сожалению, уже не сложенным, потому что Каролина хорошо складывала свитеры). Потом, пока я пялилась на скомканный свитер, Макс вырвал у меня из рук брюки и бросил их на пол.

Я с запозданием повернулась, подняла глаза на Макса и воскликнула:

— Эй!

Он схватил меня за руку, выключил свет в гардеробной, вытянул меня оттуда и закрыл дверь.

Я вывернула свою руку и рявкнула, заглушая крики (несомненно) юных любовников в телевизоре:

— Пусти.

— Нет, нам надо поговорить.

— Думаю, ты уже достаточно наговорил.

— Детка, я был зол и признаю, что повел себя не очень хорошо.

Я прищурила глаза и повторила:

— Ты повел себя не очень хорошо?

Макс не обратил на это внимания и продолжил:

— Ты тоже не поняла, что я хотел сказать.

— О нет, ты ошибаешься, я все прекрасно поняла.

— Нет, не думаю.

— Поверь мне, Макс, я поняла.

— Я не Найлс.

Это заставило меня остановиться, и я только и могла, что уставиться на Макса.

— Что? — прошипела я.

— Мне не наплевать, — заявил Макс.

— Не наплевать на что?

— На все.

— Может, ты посвятишь меня в подробности, — предложила я и снова попыталась вывернуть руку из его хватки, но он только притянул меня ближе, поднял вторую руку и положил ладонь мне на шею, слегка сжав пальцы. Мне не было больно, ни капельки, но его твердая ладонь говорила о многом.

Я замерла.