Suvor - Unknown

- Наверху откроется вид, который я обещал Вам, - сказал Хэнк.

- Господи. На той стороне скалы висят люди! – воскликнула Джейн.

- Столовая гора – излюбленное место для скалолазов.

- Они выжили из своего чертового ума?

- О, мы каждый год теряем нескольких альпинистов. После падения с такой высоты выжить невозможно. Можно только вытащить тело.

- Значит, вот куда мы собираемся? Прямо наверх?

- Вы боитесь высоты? – в его белесых волчьих глазах, обращенных к ней, читалась насмешка.

- Поверь мне, Хэнк, - со смехом произнес Габриэль. – Даже если бы она боялась, то никогда бы в этом не призналась.

«И однажды гордость убьет меня», - подумала Джейн, пока они усаживались в кабинку вместе с десятками других туристов. Она прикинула, когда система проверялась в последний раз. Придирчиво осмотрела рабочих канатной дороги, отыскивая того, кто был пьяным, обдолбанным или психованным. Пересчитала всех, чтобы убедиться, что количество пассажиров не превышает допустимой нормы, надеясь, что они учитывали вес таких крупных мужчин, как Хэнк.

Затем кабинка взмыла в небо, и все, на чем она могла сосредоточиться, стали открывающиеся виды.

- Ваш первый взгляд на Африку, - прошептал Хэнк ей прямо в ухо. – Разве он не потрясает?

Она сглотнула.

- Я себе все по-другому представляла.

- И что Вы представляли? Львов и зебр, бегающих повсюду?

- Ну, в общем да.

- Именно так большинство американцев и видят Африку. Они смотрят слишком много передач о природе по телевидению, и когда выходят из самолета, одетые в охотничьи куртки и хаки, удивляются, обнаружив такой современный город, как Кейптаун. Ни одной зебры в поле зрения, за исключением тех, что в зоопарке.

- Я отчасти надеялась увидеть зебру.

- Тогда вам стоит взять еще несколько дней и слетать в буш.

- Хотелось бы, чтобы мы смогли их взять, - со вздохом ответила она. – Но начальство держит нас на коротком поводке. Не дает времени для развлечений.

Кабинка доехала до остановки, и двери распахнулись.

- Тогда давайте немного поработаем, - сказал Хэнк. – Разве нельзя параллельно наслаждаться видами?

С края плато Столовой горы Джейн восхищенно рассматривала достопримечательности Кейптауна, которые показывал Хэнк: отвесные утесы под названиями Пик Дьявола и Сигнальная гора, Столовая бухта и остров Родден на севере, на котором Нельсон Мандела 104был заключен в тюрьму почти на два десятилетия.

- Здесь так много истории. Столько вещей, которые я мог бы рассказать вам об этой стране. – Хэнк повернулся к ней. – Но сейчас пора приступить к делу. К убийствам в Ботсване.

- Габриэль сказал, что Вы принимали участие в этом деле.

- Не в первоначальном расследовании, которое проводилось в Ботсване. Интерпол вступил в игру только после того, как полиция Ботсваны узнала, что убийца пересек границу и приехал в эту страну. Он воспользовался кредитными картами двух своих жертв в приграничных городах, там, где не требовалось вводить ПИН-код. Внедорожник, на котором жертвы выехали на сафари, был брошен недалеко от Йоханнесбурга. Несмотря на то, что преступления были совершены в Ботсване, Джонни Постхумус – гражданин Южной Африки. В деле фигурируют несколько стран, поэтому в него и был вовлечен Интерпол. Мы выдали международный ордер на арест Постхумуса, но до сих пор не имеем ни малейшего представления о его местонахождении.

- А в деле был хоть какой-то прогресс?

- Ничего значительного. Но вам стоит осознавать проблемы, с которыми мы тут сталкиваемся. В этой стране происходит около пятидесяти убийств в день – это в шесть раз превышает уровень убийств в США. Многие дела остаются нераскрытыми, полиция перегружена, а криминалистические лаборатории не получают достаточного финансирования. Кроме того, эти убийства произошли в Ботсване, в другой стране. Согласованные действия между разными юрисдикциями тоже не облегчают задачи.

- Но вы уверены, что убийца именно Джонни Постхумус? – спросил Габриэль.

Андриссен помолчал, и эти несколько секунд тишины проговорили громче, чем любые слова, которые могли бы за ней последовать.

- У меня есть… сомнения.

- Почему?

- Я тщательно изучил его прошлое. Джонни Постхумус родился в Южной Африке в семье фермеров. Когда ему исполнилось восемнадцать, он устроился на работу в сафари-отель в заповеднике Саби-Сэндс 105. Он работал в Мозамбике и Ботсване и в конечном итоге стал независимым гидом. На него никогда не поступало ни единой жалобы. За несколько лет он создал себе репутацию надежного человека. За исключением одного случая с пьяным дебошем у него не было приводов в полицию и никакой истории насилия.