Ты - Алана Инош

Всего абзацев было четыре: два покороче и два пухленьких, как у Льва Николаевича. Я героически сражалась с последним из них, когда за плечом послышался голос Ксении:

– Ну, как тут у вас дела?

– Одну минутку, – пробормотала я, выводя на листке какие-то невообразимые каракули. Даже почерк поплыл – ничего себе таблеточки…

А голос Ксении мягко защекотал мне ухо:

– Вы не устали, Лёнечка? Может, сделаем перерыв?

Этот голос пролёг красной чертой по вялой серой путанице моих мыслей, подстегнув мои нервы, начавшие было обвисать, как варёные макароны. Узор ореховой поверхности стола своей древесной логикой замещал отсутствие моей собственной, в какой-то мере выручая… Фу, бред.

– Уфф… Нет-нет, я уже заканчиваю. – Не буквы, а «кариозные монстры» какие-то… Переписать, что ли?

– Так… Ну и что же получается? – Рука Ксении оперлась о край стола. Белизна её брюк маячила где-то на краю моего сознания.

– В общем, вот… – начала я.

Я зачитывала абзацы, а Ксения склонялась всё ниже… Её рука мягко скользнула вокруг меня и обняла за плечи. Язык шершаво заплёлся, я споткнулась и умолкла, обмирая и утекая в шёлковую бездну мурашек.

– Замечательно, – нежно проговорила Ксения, щекоча дыханием мой висок. – А я-то никак не могла понять… Вы просто выручили меня, Лёнечка, спасибо вам огромное. Теперь всё встало на свои места.

Пытаясь высвободиться, я выбралась из кожаных объятий гостеприимного кресла, не желавшего меня отпускать. На двадцатисемидюймовом экране висела словарная статья – умные слова мелким шрифтом, а значок «Оперы» виртуально чмокал меня, как накрашенный алой помадой рот. Моя рука оказалась в руке Ксении: «Я помню чудное мгновенье…» – а гения чистой красоты шатало и уносило куда-то в всемирнопаутинную бесконечноотносительность…

– Лёнь, позвольте угостить вас обедом. Всё уже готово.

Мой язык лепетал, что мне пора домой, а ноги послушно шли на кухню – в её уютную, клетчатоскатертную обеденную зону, отделённую от рабочей подобием барной стойки с высокими серебристыми табуретами. Стул, четвероногий друг, подскочил, едва ли не виляя хвостиком, и принял меня на свою услужливую спину – то бишь, сиденье; тарелка живописно предложила мне на обозрение и поедание шедевр салатного искусства. Сладкое столовое вино было красным от натуги: так оно жаждало и стремилось выбраться из стеклянного плена бокала. И оно таки сделало это – попало в меня, свернувшись у меня внутри жарко дышащим, кроваво-алым драконом…

А напротив меня шелестело сладкоречивое золотое дерево, протягивая ко мне тонкие живые ветки, прорастая в меня корнями и осыпая мерцающей пудрой своей пыльцы:

– Лёня, простите мне мою прямоту, но я не могу молчать. Вы прекрасны. Вы из тех женщин, ради которых хочется совершать безумства, идти на подвиги, жертвовать жизнью, которым хочется посвящать стихи… Жаль, я не умею слагать возвышенные строчки.

Моя вилка вонзилась в какую-то из деталей шедеврального салатного произведения.

– Ксения… Я замужем. И я люблю свою «половину».

Листва золотого дерева вздохнула с осенней грустью.

– Я знаю, Лёня… Признаюсь, это никогда не мешало мне завоёвывать девушек. Я просто не задумываясь беру то, что мне понравилось, невзирая ни на какие обстоятельства и осложнения… Но с вами всё иначе. С вами нельзя поступать так эгоистично. Да, мне хотелось бы вас похитить и увезти на край света, но… будете ли вы счастливы?

Брат-близнец красного дракона забрался ко мне внутрь – ещё один освобождённый узник стеклянной тюрьмы. От царапины, нанесённой мне его огненным шершавым хвостом, у меня вырвался смешок.

– Не надо меня похищать… Во-первых, это статья УК РФ, а во-вторых… хм, даже и не знаю, что во-вторых. Очень вкусный салат. Спасибо.

Золотая крона красноречивого дерева задрожала от мягкого смеха, хрустально звеня.

– На здоровье, Лёнечка. Попробуйте мясо… Нет, правда, вы пробуждаете во мне какие-то благородные порывы, делаете из меня другого человека. Вместо того, чтобы действовать, как я обычно действую, когда мне нравится девушка, мне хочется думать о вашем счастье и благополучии. О вашем душевном покое. Я не могу просто взять и разрушить ваш жизненный уклад, вторгнуться в ваш мир, натворить бед и… банально сбежать, добившись желаемого.

От третьего братца-дракона я решила отказаться. Алкоголь и тавегил – не лучшее сочетание.

– Вы прямо… Казанова-сердцеед. На самом деле вы просто ещё не нашли свою половинку, на которой ваши метания и поиски закончатся.