Reshetko - Chernovodie

– Сам пятый.

– Тоже, наверное, мается! – посочувствовала другой женщине Елена и с горечью закончила: – А мой Федор – помер!

Зашипела на костре всплывшая уха. Павел быстро приподнял с одной стороны таган, на котором висели ведра, и отвел его в сторону.

– Ах ты, господи, заговорились – уха и сбежала! – засмеялась Елена.

От ведер шел густой аппетитный запах. Ребятишки голодными глазами смотрели на уху.

– Санька, ташши лопухи, около воды на берегу растут! – попросил Кульменев подростка.

– Щас, дядя Павел! – с готовностью отозвался Санька.

Щетинин с интересом спросил:

– Начальство часто бывает здесь?

– Почитай, кажный день… Вчерась здесь был, как сыч все высматривает. Дед Матвей у нас за старшего, он и держит ответ перед начальством! – словоохотливо объяснила Елена.

Прибежал запыхавшийся Санька и протянул повару мокрые листья:

– Дядя Павел, я их в воде обмыл! – похвастался мальчишка.

– Маладец! – похвалил Саньку остяк. Он выстругал ножом из черемуховой рогульки деревянную вилку и стал вытаскивать из ведра белые куски вареной рыбы. Гора рыбьего мяса парила, распространяя вокруг сытный запах. Ребятишки завороженно смотрели на нее.

– Перите, перите! – подбадривал Павел ребятишек, предлагая рыбу.

– Щербу прямо в кружки наливайте! – посоветовал Александр.

Робко потянулись к рыбе первые руки, потом все разом осмелели. Рыбья куча вмиг растаяла. Слышалось только сосредоточенное чавканье и швырканье горячей щербы. Гостям досталось по одному кусочку щуки.

Далеко за полночь люди стали расходиться на ночлег.

Елена отправила после ужина Саньку с ребятишками спать, а сама озабоченно проговорила:

– Куда же вас, гости, спать положить?

– Ты не беспокойся! – успокоил женщину Александр. – Мы с Павлом у костра переспим!

– Холодно щас! – не согласилась с Щетининым Елена.

– Че думаешь? – посоветовал дед Матвей. – Пусть в балагане переспят.

– А и верно! – обрадовалась Елена. – Идите в балаган, мы в нем летом спали. Да и щас ребятишки днем там спят. Я недавно траву сменила. – Она проводила гостей к балагану. Александр встал на колени и полез вовнутрь.

– Хорошо, как пахнет свежей травой, – прогудел из балагана Щетинин.

– Там в головах дерюжка, вы ее под себя постелите, а укрыться я принесу.

Елена ушла и вскоре вернулась:

– Возьмите, мужики, укройтесь! – она просунула вовнутрь балагана одеяло.

– Спасибо, хозяйка! Ты не беспокойся сильно за нас! Не велики баре! – принимая одеяло, проговорил Александр.

Елена постояла молча около балагана, тяжело вздохнула и тихо удалилась.

Александр лег на спину, закинув руки за голову, и быстро уснул в своей любимой позе.

Проснулся Щетинин рано. Павла в балагане не было.

– Где это он? – удивился Александр.

Было раннее утро. Солнце только показалось над горизонтом. На реке причудливыми лентами вился туман. Закоченевшая трава, кусты краснотала и крыша балагана – все покрыто сверкающим инеем. Александр поежился, осторожно наступая сапогами на ломкую траву, пошел к реке. Головки сапог побелели от инея. Даже сквозь обувь нога чувствовала жгучий холодок. На реке слышались человеческие голоса. Щетинин вышел на берег. Рядом, в затончике, Павел с Санькой ставили сетку.

– Ишь ты! Успели подружиться! – улыбнулся Александр.

Павел неторопливо говорил своему напарнику:

– Вот так надо делать! – учил он мальчишку. – Укладывай наплава по порядку, чтоб не путались. Ты, паря, главное, сетку суши. Два дня постоит в воде – сымай и суши. Не будешь сушить – сгноишь сетку. Рыбы в реке многа – всем хватит!

Мальчишка внимательно слушал наставления остяка.

– Эй, рыбаки, скоро управитесь? – окликнул их Щетинин.

– Щас, дядя Александр, кончаем! – деловито отозвался Санька.

Неслышно подошла Елена. Она слышала весь разговор сына с Павлом. Глаза ее влажно блестели.

Наконец сетка поставлена. Санька, увидев мать, лихо выскочил из обласка на топкий берег. Глаза его сияли:

– Мамка, дядя Павел сетку мне дает. Сам рыбалить буду! Кормить вас буду!

– Кормилец ты мой! – Елена прижала к себе сына. Санька вывернулся у нее из-под руки.

– Ну, мам! – покраснел Санька и смущенно глянул на стоящего рядом Щетинина.

Елена, не обращая внимания на смущение сына, простодушно спросила:

– Как же ты рыбалить будешь, вплавь, что ли?

– Ну да, вплавь! – объяснил мальчишка матери. – Плотик из двух бревешек сделаю, а весной дядя Павел мне обласок пригонит! Верно, дядя Павел?!