Meteleva.Y - - 2

беседу, понимая, что эта беседа нравится Кастро, а он в свою очередь развлекает их

очередными историями, параллельно задавая вопросы о Ситибанке, словно паук,

плетущий финансовую паутину.

Кроме этого, концентрируясь на Кса, ее бабушке и деде, я постоянно обращаю свое

внимание на Гавриила Норта, его лицо совершенно ничего не выражает. Всего лишь пару

раз он взглянул на Кса и то это был мимолетный взгляд, когда он осматривал сидящих за

столом. Он не игнорирует Уорнер, но также и не заходит слишком далеко в его отношении

к ней. Будучи посвященным в его садистские наклонности в его подземелье и зная о его

желании наблюдать за тем как я трахаю и учу покорности женщину, сидящую справа от

меня, делает ужин в десять раз совсем–не–лезущим–в–горло и я жду с нетерпением, когда

же он подойдет к концу.

– Ты не важно выглядишь, – говорит Ксавия, глядя на мое лицо.

– Это все из–за нехватки воздуха. – Я притворяюсь, зацепив пальцем свой воротник, как

будто мне душно. Больше всего я озабочен теми несколькими основными игроками,

сидящими рядом с нами, пытаясь раскрыть характер их отношений, у меня нет ничего на

них... кроме несварения желудка.

Наконец, мучительный ужин заканчивается, и я беру руку Ксавии, пока все мы идем в

танцевальный зал, где играет оркестр морской пехоты. Пакито Д'Ривера выходит на сцену

и звуки альтового саксофона музыканта, безусловно, завораживают.

Ксавия слегка покачивается и при тусклом освещении, я вижу изгибы ее бедер,

прижимающиеся близко ко мне, тихий стон удовлетворения вырывается из меня, когда она

«случайно» задевает мой полу–эрегированный член. Мое плохое настроение сходит на нет

и я тяну ее к себе.

– Извините, Мисс Кеннеди? – зовет ее мужской голос позади нас.

Повернув голову, я смотрю на мужчину и горькая ярость начинает душить меня, в то

время, когда Норт кланяется моей сабе, протягивая ей руку.

– Не окажете ли Вы мне честь потанцевать со мной?

Фотографы окружают нас потоком вспышек в то время, как я осознаю всю невозможность

этой ситуации. Под натиском прессы, она не может отказать ему и этот засранец знает это.

Мы с ней обмениваемся долгими взглядами и чтоб меня. Во мне зарождается

предупреждение о повышенной боеготовности 5 уровня. В ярости я сжимаю челюсти,

чувствуя, будто мои зубы могут раскрошиться в любую секунду.

Джекс стоит рядом со мной. Хлопая меня по спине, он шепчет:

– Улыбнись. Это всего лишь танец.

Глава 19

ПРЕЗИДЕНТ ДОЛБО*Б.

Танцуя с президентом Нортом, я вежливо улыбаюсь в то же время, видя вокруг себя

ослепительно яркие вспышки камер несметного количества репортеров. Я пытаюсь

слушать его, его безобидные замечания и просто отвечать на вопросы. Деревянным

голосом, я отвечаю ему либо «да» либо «нет», вальсируя вдоль танцпола, постоянно

напоминая себе, не глазеть на Беннетта.

Это была чудовищно адская ночка. Во время ужина, сенатор Уорнер таращилась на меня,

гоняя свою еду по тарелке, и жевала ее, словно это было стекло. Несколько раз с ее губ

слетели язвительные замечания, произнесенные себе под нос, но явно направленные в мой

адрес. Она сидит в пяти человеках от меня, и я не понимаю, почему она вышла на тропу

войны против меня. Кроме того единственного случая, когда я нарвалась на нее, в

буквальном смысле, в свой первый день на работе, я не знаю, что ее гложет. Несколько раз

я сталкивалась с ней в коридоре на работе и сразу уходила в дамскую комнату. Но сегодня

какая–то муха укусила ее за задницу, она даже не пытается это скрывать.

– Я пытался встретиться с Вами в течение довольно длительного времени. Знаете ли Вы

об этом? – Норт произносит это и я чувствую, как внутри меня всю передергивает.

– О, пожалуйста, простите мою бабушку, – говорю я автоматически, взглянув на него.

– Грейс тут не при чем, – отвечает он и его пальцы прикасаются к моей нижней части

спины. – Я заинтересован в Вас. Я могу помочь Вашей карьере, если Вы позволите мне.

Он не намного выше меня, когда на мне эти экстремально высокие каблуки и первый раз я

заметила, когда он смотрел на меня через стол взглядом, выводящим меня из равновесия.

Норт не просто смотрит на меня, он пронзает меня своим немигающим цвета топаза

взглядом, который неотрывно направлен на меня, как будто он пытается проникнуть

глубоко в мои мысли. Какая–то промывка мозгов и я опускаю глаза, надеясь избежать его