Голодный океан

В первые минуты встречи управляющий просто смотрел на Исмаилова широко открытыми немигающими глазами и молчал, отчего его сходство с рыбой только усилилось.

- Его зовут «Шаркмен» - небрежно представил управляющего Тич. Вскоре тот ушёл, и Тич рассказал, что в войну его управляющий служил на подводной лодке. Его корабль получил торпеду в борт от японской субмарины. Лодка потеряла плавучесть и начала проваливаться в глубину. Шаркмен слышал тошнотворный звук лопающихся отсеков. Ему единственному из всего экипажа каким-то чудом удалось выбраться на поверхность через аварийную камеру субмарины. У медиков не было внятного объяснения, как, не смотря на тяжелейшую баротравму и другие увечья, пациент сумел выжить. Правда здоровье моряка было потеряно, и ему пришлось уйти с флота. При этом он ещё немного повредился рассудком.

- Что именно с ним произошло, я не знаю, – продолжал Джон Тич, - но Шаркмену незнакомо обычное для людей чувство страха. Да и прочие сильные эмоции как будто умерли в его душе. Ужасные воспоминания его не мучают. Чтобы в этом разобраться, надо быть психиатром, а не бывшим лётчиком. Я держу его за преданность и молчаливую готовность выполнить любой мой приказ. Прикажи я ему самоликвидировать и уверен, что он молча выйдет из комнаты и удавится. Но я этого никогда не сделаю, ибо, где я найду другого такого.

В этот же день к вечеру Тич привёз врача для Клео. Оставив доктора с больной, мужчины вышли на террасу дома. Тёплый ветер, наполненный ароматами трав и диких цветов, ласкал их лица. Взгляду открылась беспредельная даль. Там где зеленая прерия сливалась с голубыми небесами, пламенел диск заходящего солнца. Игорь невольно залюбовался красотищей, даже забыв на короткое время про свои тревоги и печали.

Тич уселся в плетёное кресло и предложил Игорю занять соседнее. Их недавний разговор оставил у Исмаилова неприятное послевкусие и потому он решил не злоупотреблять гостеприимством бывшего командира.

- Благодарю вас, мистер Тич, что выручили нас в сложной ситуации. Мы не станем долго стеснять вас. Я только просил бы помочь с машиной.

- Вам понравится здесь, - заверил Тич, - не обращая внимания на слова Имаилова. – Ранчо первоклассное – почти шесть тысяч акров частной собственности. Территория обнесена крепкой изгородью из колючей проволоки и патрулируется моими парнями. Так что здесь вы и ваша спутница в полной безопасности. Прошлой ночью мои парни выследили и пристрелили койота, который повадился резать моих овец. Но в принципе для них нет никакой разницы, на кого охотится – на четвероногого хищника или на двуногого… - Тич улыбнулся в усы от собственной шутки и продолжил: - В доме восемь удобно меблированных комнат, две из них в полном вашем распоряжении. Раз в три дня со станции доставляют продукты и свежую прессу.

- Благодарю вас за гостеприимство.

- Не стоит благодарностей – ответил Тич. Странно, он теперь он заговорил иначе, чем днём:

- Состояние вашей знакомой, лейтенант, скверное, но не безнадёжное. Так что не будем драматизировать ситуацию раньше времени. Этот доктор - очень толковый.

Для Игоря была приготовлена комната в западном крыле дома. Большие окна были распахнуты и газовые цветастые занавески бились на ветру, лившемся через широкие жалюзи. Некоторое время кто-то там задумчиво перебирал струны банджо, но затем музыка стихла.

Игорь блаженно растянулся на прохладной простыне, отлично понимая, что должен быть благодарен хозяину за такую роскошь.

И всё же Исмаилова не оставляло ощущение смутной тревоги. Не то чтобы он не доверял бывшему командиру. Джон был свой - фронтовой товарищ. И то, как он по первому зову бросился им на помощь, как будто подтверждало его надёжность.

Но с другой стороны, эта же стремительность его появления, - будто старый пират всё время находился неподалёку и исподволь следил за ними, - не давала Игорю покоя.

Потом, странные намёки, которые «Чёрная борода» делал в прошлую их встречу возле дома Клео, давая понять, что прекрасно осведомлён о тайной жизни бывшего подчинённого…

И всё же, даже не смотря на все подозрения, нынешний непонятный Джон Тич был ему союзником. А союзников порой не выбирают. Тич напомнил Игорю человека из его недавнего прошлого - вождя лагерного сопротивления майора Фишера. Эти двое словно были сделаны из одного материала…

Исмаилов прислушался к незнакомым звукам дикой природы за окном. Они снова разбередили в его душе воспоминания…