Голодный океан

Глава 109

Август 1947 года, Калифорния

Джон Тич по прозвищу «Чёрная борода» приехал менее чем через два часа после звонка Исмаилова. Бывший командир словно ожидал вызова где-то неподалёку. Хлопнув дверцей машины, бородач в тёмных очках подошёл к Исмаилову, они пожали руки.

- По телефону ты толком ничего не рассказал о своих проблемах, и правильно сделал, - сдержанно похвалил Тич. - Но будь спокоен, лейтенант. Сам знаешь, я своих братьев по эскадрилье не бросаю. Тем более что я твой должник. Кстати, я ещё в 1942-м подал командованию представление на награждение тебя Военно-морским крестом.

Игорь не стал вспоминать прошлое и говорить, что той награды он так и не увидел (свой единственный орден он получил «посмертно»). Вместо этого Исмаилов сказал, что с благодарностью примет помощь бывшего командира, ибо он и его спутница нуждаются в надёжном убежище на какое-то время.

Тич заверил лейтенанту, что лично ему он сможет помочь. При этом бородач выглядел озабоченным, на переносице поверх дужки его очков залегла глубокая вертикальная складка. Он кивнул на Клео, сидящую на скамейке с совершенно безучастным видом:

- Но эта женщина… Её придётся вернуть.

Игорь возразил:

- Она не вещь. А главное, эта женщина не чужой мне человек.

Тич покачал головой:

- Послушай, лейтенант. То, что с ней сделали, сравнимо с лоботомией. Как только был прекращён приём препаратов, началось необратимое разрушение личности. Вскоре от неё останется лишь оболочка. Понимаешь? О-бо-ло-чка! – повторил бородач по слогам со скорбным выражением на лице. - Извини за солдатскую прямоту, но твоя знакомая уже никогда не станет прежней.

У Игоря сжалось сердце. Не хотелось верить, что страстная натура подруги угасла навсегда, что из её бездонных глаз больше не будет выплёскиваться звенящий восторг перед жизнью. Бывший командир дружески положил ему руку на плечо.

- Поверь, лейтенант, мне очень жаль. Пусть утешением тебе послужит то, что твоя знакомая уже давно перестала быть той, которую ты когда-то знал. Ты считаешь её ангелом, но ангел это часто переодетый дьявол. Змея не может быть хорошей.

Тич говорил странные вещи. Кажется, его отнюдь не смущала собственная недосказанность, словно они оба итак прекрасно понимают о чём речь:

- Она была их человеком и предала своих хозяев. Пусть они с ней и разбираются. А тебя я прикрою. Как тогда, когда мы летали вместе…

Исмаилов произнёс на это чуть ли не с яростью:

- Я не отдам эту женщину никому! Не стоит даже обсуждать.

Тич пожал плечами:

- Тогда извини… Но стать камикадзе я не спешу… Ты встал на пути у очень серьёзной конторы. Их группы зачистки укомплектованы лучшими ликвидаторами – выходцами из бывшего Управления специальных служб - УСС. А там держали только профи, обычно они стреляют в лицо не менее трёх раз, метя в нос, тогда убиваешь наверняка.

- Пусть.

Бородач повернулся к Игорю спиной и неторопливо вразвалочку направился обратно к своей машине. Однако, не дойдя до неё, всё же вернулся:

- Ты хорошо взвесил последствия такого шага, лейтенант? Тебе хоть известно, кто она теперь?

- Какая разница.

Игорю показалось, что бородач по-особенному взглянул на него сквозь свои непроницаемые очки. Помолчав, он произнёс, смягчаясь:

- Ну хорошо.

Они приехали на уединённое ранчо. Под деревьями стоял крепкий одноэтажный дом из красного кирпича. Дом окружала низкая широкая веранда, увитая зеленью. Позади коттеджа поблёскивал на солнце искусственный пруд, по которому плавали утки и лебеди. Дальше виднелись какие-то хозяйские постройки и загоны для лошадей и скота. С первого взгляда было видно, что хозяйство крепкое.

Их встретил человек, которого Рич представил, как здешнего управляющего. Это был сухощавый мужчина лет тридцати. Внешность его была чрезвычайно отталкивающей. В результате тяжёлой болезни или травмы его лицо сильно пострадало, пластическому хирургу лишь частично удалось справиться с уродством. У него был короткий вздёрнутый нос с большими, будто вывернутыми наружу ноздрями. Это напоминало свиной пятачок. На переносице сидели сильные очки с такими толстыми стёклами, что увеличенные диоптриями глаза казались невероятно большими для его лица. Человек напоминал глубоководную рыбу.

Глядя на управляющего, Игорь мог разглядеть сквозь толстые стекла даже поры на его бровях; линзы стекол, в свою очередь, были настолько заляпаны, что Исмаилов удивился про себя, что этот человек может что-то видеть в таких очках.