Чайковская - Unknown

человек, не зверь. И потому так сладостно и захватывающе ноет в животе, потому столь приятно щемит в груди. Нет преград.

А самое главное, что эти антропоиды с удовольствием охотятся на своих же.

Треть команды Саткрона – приматы-кхаркхи из той же деревни.

Саткрон ждал, и вот послышались шаги. Это возвращался из Кула-Ори в свой

поселок ученик северянки с этой их возмутительной репетиции спектакля к

празднику Теснауто. Медлить было нельзя, и Саткрон быстро побежал вниз, пригибаясь и почти стелясь над землей. Кровь снова заклокотала в его жилах.

Дикарь, кажется, насторожился…

– Эой! Эой! – крикнул он для самоуспокоения. – Есть кто?

Саткрон замер. Исчезли и конкуренты. Правила таковы, что если жертва тебя

заметит или – того хуже – успеет предпринять попытку защититься, ты

лишаешься права преследовать ее в дальнейшем. Если же этот этап прошел

гладко, но когда ты сворачиваешь ей шею, она издаст хоть звук – ты не

участвуешь в следующем предприятии, над тобой посмеиваются друзья и

вообще ты начинаешь чувствовать себя неудачником. Саткрон уже однажды

прошел через это и больше не хотел. Эти правила придумали уже они сами, без

участия Той, которая последней заглядывает в глаза. Она играла по-своему, они

по-своему. Все честно.

А вот, пожалуй, удобный момент: тропинка сужается, с одной стороны – обрыв, с другой – скала. Еще несколько шагов – и Саткрон вырывается из кустов.

Туземец не успевает и охнуть, а его позвоночник уже глухо крякает под руками

убийцы. Одним движением Саткрон сбрасывает труп в обрыв. Даже не нужно

возиться, маскировать следы преступления. Очевидный несчастный случай.

Поскользнулся в период муссонных дождей. Ох уж этот противный климат!

Недовольные проигравшие покидают засаду. Саткрон доволен, как никогда.

Иэхэх, тоже кхаркхи, ненавидевший только что убитого Ашшура, со злостью

плюет на землю: ему досадно, что это сделал не он.

– Можно теперь и погулять! – рассмеялся герой нынешнего дня. – Полезное

дело сделали!

Смех сотоварищей заставил смириться с победой белого даже угрюмых

дикарей. Сегодня ночью будет пир!

* * *

Испытывая неловкость, Танрэй осмотрелась и поняла, что без посторонней

помощи она Дрэяна здесь не отыщет.

– Да будет «куарт» твой един, – обратилась она к дежурному гвардейцу. –

Могли бы вы проводить меня к командиру Дрэяну?

– Простите, атме, я не вправе покидать пост, но сейчас объясню вам, как его

найти…

В городе эту постройку называли казармой, но на самом деле это было

миниатюрное военное ведомство. Оно стояло на правом берегу реки и занимало

большую площадь, стратегически замаскированное деревьями, что росли здесь с

немыслимой скоростью.

К своему удивлению, Танрэй быстро отыскала нужный кабинет. Дрэян что-то

писал за своим столом, изредка останавливаясь и перечитывая написанное.

– Да не иссякнет солнце в сердце твоем, – сказала женщина, входя. – Господин

Дрэян, я могу немного отвлечь вас?

Тот поднял голову. Да, все-таки правы те, кто подмечает его сходство с Алом. С

годами эта особенность лишь усиливалась, точно они были братьями. Такой же

черноволосый и темноглазый красавец!

– Атме Танрэй, – он слегка поклонился. – Чем могу служить?

Дрэян тоже был удивлен: после той неприятной сцены у дома Тессетена они

никогда не общались. Даже на корабле Танрэй избегала его компании.

– Я хотела бы попросить вас провести расследование. Дело в том, что вчера

пропал Ашшур.

– Ашшур?

– Да, это один из моих учеников-кхаркхи…

Пренебрежительная улыбка мелькнула на губах ори, он едва сдержал вздох

облегчения, но быстро спохватился и мгновенно вернул на лицо маску участия.

Для Танрэй не было секретом, что большинство переселенцев становятся не

менее заносчивыми, чем Ормона, стоит зайти речи о местных. Да что там – даже

Ал считает их всех второсортными существами и говорит, что в его понимании

Нат стоит на ступеньку выше ее учеников-кхаркхи, не говоря уже о

неграмотных селянах. И хотя теоретически они правы – с эволюционной точки

зрения кхаркхи действительно могут пока еще называться лишь антропоидами –

Танрэй видела в них не только одушевленных животных. Бестию можно

выдрессировать, но не обучить, чтобы она могла передавать полученные знания

потомкам и делала это сознательно, а не на инстинктах. Опыт животного