REAL_AL - Глава 1

Барон же улыбнулся.

– Спасибо вам, мисс Тиффани Болит. А сейчас, я бы хотел сесть в кресло.

Это было необычно, и Тиффани пришлось это обдумать.

– Вы уверены, сэр? Вы очень слабы.

– Да-да, мне все об этом только и твердят, – ответил Барон, отмахнувшись. – Понятия не имею, почему они думают, что мне самому это не известно. Помогите-ка мне подняться, мисс Тиффани

Болит, потому что мне нужно с вами поговорить.

Это было совсем не трудно. Девушка, способная вытащить тяжелого господина Петти из

постели, легко справиться с Бароном. С ним она обращалась словно с дорогим фарфоровым

сервизом, на который он теперь стал похож.

– Полагаю, мы с вами, мисс Тиффани Болит, за все время, что с вами встречались, ни разу толком

не поговорили? Я прав? – спросил он, когда Тиффани усадила его, вложив в руки трость, на которую

он мог опираться. Барон был не из той породы людей, которые привыкли разваливаться в кресле, если можно было сесть на его край.

– Ну, полагаю, да, вы правы, сэр, – осторожно ответила Тиффани.

– Мне кажется прошлой ночью ко мне являлось приведение, – продолжил Барон с небольшой

кривой усмешкой. – Что вы об этом думаете, мисс Тиффани Болит?

– Прямо сейчас, понятия не имею, сэр, – ответила Тиффани, подумав: «Только не Фиглы! Пусть

кто угодно, только не Фиглы!»

– Это была ваша бабушка, мисс Тиффани Болит. Она была прекрасной женщиной и очень

привлекательной. О, да. Я был так разочарован, когда она вышла замуж за вашего деда, но, полагаю, так было лучше. Знаете, я очень по ней скучаю.

– Правда? – спросила Тиффани.

Старик улыбнулся.

– После того, как моя дорогая супруга ушла в иной мир, она осталась единственной, кто смел со

мной спорить. Обреченные властью или ответственностью люди нуждаются в ком-то, кто способен

сказать им, когда они ведут себя по-идиотски. Должен заметить, Бабуля Болит выполняла эту

обязанность с похвальным энтузиазмом. Так и было нужно, поскольку я часто был треклятым

идиотом, которому нужно было, метафорически говоря, дать пинка под зад. И я надеюсь, мисс

Тиффани Болит, что когда я лягу в могилу, вы окажете ту же услугу моему сыну Роланду, который, как вам известно, порой слишком высокого мнения о себе. Поэтому ему нужен кто-то, кто даст ему

пинка под зад, в метафорическом смысле, или на самом деле, если он станет слишком заносчивым.

Тиффани постаралась скрыть улыбку, а затем, выбрав момент, поправила клубок боли на плече.

– Спасибо за доверие, сэр. Постараюсь

Барон деликатно кашлянул, а затем сказал:

– На самом деле, я лелеял надежду, что вы с моим мальчиком однажды можете заключить

более… тесный союз.

– Мы добрые друзья, – осторожно сказала Тиффани. – Добрые друзья и верю, что… ими и

останемся. – Ей срочно пришлось ловить, чуть было не сорвавшийся, клубок боли.

Барон кивнул.

– Ну и отлично, мисс Тиффани Болит, только не позволяйте узам дружбы сдерживать себя, чтобы

отвесить ему отличного пинка под зад, если он того заслуживает.

– Сделаю с преогромным удовольствием, сэр, – ответила Тиффани.

– Очень хорошо, юная леди, – сказал Барон, – а так же благодарю за то, что вы не стали упрекать

меня за использование слова «зад» и уточнять значение слова «метафорический».

– Что вы, сэр. Я знаю, что означает слово «метафорический» и слово «зад» в традиционном

понимании, и в них нет ничего постыдного.

Барон кивнул.

– В нем есть достойная похвалы точность. Слово «попа» же, честно говоря, больше подходит для

старых дев и младенцев.

26

27

Тиффани попробовала звучание слова на язык, и ответила:

– Да, сэр. Полагаю, в нем есть одновременно и необходимая глубина и краткость.

– Очень хорошо. Так случилось, мисс Тиффани Болит, что я отметил тот факт, что вы не делаете

реверанс в моем присутствии. Могу я поинтересоваться, почему?

– Потому, что теперь я ваша ведьма, сэр. А мы не делаем подобных вещей.

– Но я же ваш барон, юная леди.

– Да. А я ваша ведьма.

– Но у меня же есть солдаты, которые могут появиться по первому моему зову. И я уверен, что

вам так же известно, что окружающие люди не слишком жалуют ведьм.

– Да, сэр. Мне это известно, сэр. И тем не менее, я ведьма.

Тиффани взглянула в глаза Барона. Они были бледно–голубые, но сейчас в них появился

рыжеватый блеск озорства.

«Худшее из того, что ты могла бы напортачить прямо сейчас, – подумала она про себя, – это

проявить слабость. Он словно Матушка Ветровоск, ему нравится испытывать людей».