Vova - 3

— Конечно конечно, счас принесём!

Кухня оказалась, под стать прихожей и «гостиной», если не сказать, еще

ужасней. «Ёжик» и котик были «очарованы» космическим размахом, творящегося здесь беспредела. Годами не чищеная плита, неделями не

мытая посуда, целлофановые кульки, рассыпанные крупы, хлебные кро

шки, тараканы… О, боже мой!.. Но если Ольга Феоктистовна, по понятной

причине, была не в состоянии навести, хоть какой то порядок, то что

же тогда делал Вася?!

Кстати, муж «глисты» и отец малолетнего дитя, «надёжа и опора», нахо

дился неизвестно где, — вне поля нашего зрения. Вероятней всего, за

крылся в ванной, из ложного стыда за убогость быта и «красоты» колче

ногой «возлюбленной». Но, скорее, не имел права высовываться… Как

они, всё ж таки, нашли друг друга?! И, главное, — каким образом, излов

чились произвести на свет потомство?! Гости, если честно признаться, терялись в догадках…

170

— Какой кошмар! — сделав большие глаза, прошептала подружка. —

Как хочешь, но я просто торчу!

— Продолжай не подавать вида! — жестко заметил «ёжик». — Блин!

Да где же чашки то?! А песок?..

— Господи, только посмотри, что глиста называет печеньем! Разве

можно, такое есть?!

— Съешь! Так надо… И еще похвалишь, черт бы побрал!.. Короче, чашки нужно перемыть! И чайник с водою поставь!

Перемогая подкатывающую тошноту, мы, на подносе и руках, внесли

«угощение» приглашенным, — то есть, самим себе. Хохочущая, непонятно

по какой причине, Ольга Феоктистовна показала «философу» на журналь

ный столик, дабы взгромоздил на него притараненные «яства». И, опять

же, притаранил, — но уже столик и «яства», — к общему для всех дивану.

— Ну вот, — довольно заключила «глиста». — Как говорится, можно

и к трапезе приступить! Я так проголодалась! Ха ха ха!

— А муж Ваш присоединится?

— Вася потерпит! Сначала, должна поесть мать ребёнка!

— Конечно же, — кушайте, кушайте, дорогая! — с явной радостью, придвинула, поближе, тарелку с «печеньем» девчонка.

— Спасибо, Ларочка! Но и вы с другом, немножко попробуйте!.. Ай, вкуснятина то какая! Не находите?

«Философ», осторожно надкусив «восточную сладость», стоически переже

вал кусочек.

— Какой необычный вкус… Печенье во рту прямо тает!.. Изумительно!

Ай, шайтан!

— Вот вот, знала ведь, что понравится!.. А Вы почему, милая, не ешьте?

— А у неё диабет! — выручил «фрэнд» подругу. — Сладкое противопо

казано!

— Да что Вы говорите! Какая жалость… А, — мне больше достанется! —

задорно рассмеялась, собственной «шутке», Дацкевич, налегая и налегая

на «изысканное кушанье». «У бедняжки, наверно, глисты… — подумал

тогда я, дивясь необузданному аппетиту тощей хозяйки. — Но, боже, как она прожорлива! Ведь всё спорола, за каких нибудь пять минут!».

— А шоколадку потом съем! — признался «гельминт», дожевывая

последнюю печенюшку и запивая, проглоченное, чаем.

Кстати, передача «В мире животных», по телевизору, была в самом разгаре.

«Философ», невольно, провёл параллель между показываемым и увиден

ным воочию.

171

нылая картина, — в дерьме мычит скотина… Да, — сомневаться в выводах,

«У

относительно зоологической природы человека, отнюдь, не приходит

ся! Жрать, спать, плодиться, умничать, да еще облекать, данные

отправления в приемлимые, в «нравственном» и «эстетическом»

контексте, формы, — это мы умеем. Но на большее то, увы, не способны…

То есть, альтернативы сему — нет!.. О какой, в жопу, «духовности» толкуют, что коммунисты, что гнилая интеллигенция, часть которой ударилась в

религию и эзотерику?.. Одни, б дь, «высоким» словом, прикрывают

биологическое объегоривание масс; другие — самообман, психологическую защиту от многочисленных комплексов: большей

частью, сексуального характера, а также, собственной неполноценности, статуса материальной и моральной униженности в обществе. Ибо хотят

то, в сущности, одного — денег, секса, славы и власти!..».

— О, черт возьми! Совсем забыла! — хлопнула себя по лбу «глиста». —

Я ведь, отправила письмо Мише Дорфману в Челябинск, а вчера от него

уж пришел ответ! Вот, память девичья!

— Что ж Вы, голубушка, молчали то? — укоризненно промолвила

Лариса, ибо «фрэнд», от нахлынувших чувств, потерял дар речи.

— Вот, поздравляет с наступающим 8 Марта! — бережно достав

послание, стала пересказывать содержание Дацкевич.