Наталья - Соммерфильд Сильвия

И ваша милость собирается оказать спасшемуся

поддержку?

—

Да.

—

Независимо от того, принц он или нет?

—

Да, милорд, — со смешком отозвался Яков. —

Отчего бы не насыпать перцу под хвост Генриху?

—

Вы собираетесь воевать с ним?

—

Да, — ответил Яков.

—

Есть ли иные пути, менее кровопролитные и

более надежные?

—

Нет.

Яков сощурил свои темные глаза.

—

Вы позволите мне сказать, ваше величество?

—

Все, что желаешь. Я буду внимателен.

—

Завтра высокое собрание и парламент будут

обсуждать ваш возможный брак. Речь пойдет о двух

английских принцессах. Ваш с принцессой наследник

мог бы заполучить оба королевства.

—

Выбрось это из головы, Донован. Я не женюсь

на английской принцессе.

Никогда прежде не слыхал Донован этой ноты в

голосе Якова. Она прорвалась из глубин его сознания

как проклятье и угроза тем, кто принуждал его к браку

222

по расчету именно тогда, когда вот-вот должна приехать

его любимая.

—

Боже мой! — тихо сказал Яков. — Донован,

неужели я не могу хотя бы чуть-чуть принадлежать

самому себе? Могу я хотя бы жениться по своему

выбору?

—

Я имел опыт любви, ваше величество. Брак по

расчету — лучшее, что может быть. В таком союзе

каждый соблюдает взаимные интересы и не остается

места недоразумениям.

Яков пристально посмотрел на Донована: он знал, в

чем причина сухости его друга в отношении к

женщинам. Но на этот раз он не стал напоминать ему

имя Дженни.

—

Да, я стремлюсь к тому, чего нельзя купить:

преданность, душевное тепло и немного нежности от

женщины, которая делит с тобой твое ложе.

—

И вдруг окажется, что как раз этими качествами

ваша избранница не обладает, — упрямо сказал

Донован.

Яков улыбнулся, и его легкомыслие озаботило

Донована: упорство короля могло стать причиной

осложнений в парламенте.

—

Ну, ладно, мой друг. Не об этом у нас сейчас

должна болеть голова. Необходимо переправить принца

Йоркского в Шотландию, откуда ему рукой подать до

Англии.

—

Хорошо, ваша милость. Но мало ли что может

произойти с принцем Йоркским, прежде чем он

появится в Шотландии.

223

Яков кивнул. Королевское звание, по крайней мере,

давало ему право пусть на время, но заставить замолчать

несогласных.

Они обсудили ряд других, не столь важных вещей, и

Донован покинул кабинет короля. Он уже прошел

половину коридора, когда вдруг его словно молнией

ударило: да ведь он теперь лорд! Фортуна к нему явно

благоволила. Он добился немалых высот, скоро

приобретет жену всем на зависть. Богатство и сила —

все это он имел, так почему же на душе такая пустота?

Что еще можно желать? Тряхнув головой, Донован

отогнал неприятные мысли.

Мэгги Драммонд, чуть робея, оглядела комнату, в

которой находилась. Слуги подносили коробки с ее

вещами, а сестры, Юфимия и Сибилла, хлопотали,

указывая, куда что ставить.

Комната была небольшой, неправильной формы,

примерно пятнадцать на тринадцать футов. По

периметру потолка бежал гипсовый фриз; небольшой

камин был украшен резной полкой. Большую часть

комнатушки занимала кровать.

Юфимия и Сибилла расположились в соседних

комнатах, и обе были вне себя от радости из-за того, что

они в замке и их семья в милости у короля.

Мэгги понравилась ее комната; она ограждала ее от

замковой суеты, принадлежала ей — ей и Якову.

Когда вещи были расставлены, Мэгги отправила

сестер устраиваться самим, Обследовать замок и

познакомиться с его обитателями, в общем — делать

все что угодно, только освободить ее от их присутствия:

224

ей так хотелось встретить короля наедине! Мэгги

вымылась с дороги и причесала волосы так, как это

нравилось Якову. Теперь на ней было тонкое белое

платье из шелка с длинными, ниспадающими рукавами

и квадратным вырезом.

Мэгги постояла перед зеркалом. Она ждала ни много,

ни мало самого короля! Девушка побрызгала на себя

розовой эссенцией — Яков так любил запах роз.

В глазах Мэгги была печаль. Она так любит Якова, а

он — ее; было ли тут основание для грусти? —

спросила она сама себя, но не нашла ответа. Потом ее

внезапно наполнил страх, и ей захотелось плакать. Но

вскоре девушка услышала гулкие шаги в коридоре: на

пороге внезапно вырос он. Постоял, вошел внутрь.