Andrew - o c24ec28d571a6d65

только после того, как я все сделаю».

- Тут девять футов в этой скале, капитан, - сказал помощник озабоченно. «Уверены, что конь

себе ноги не переломает?

Ворон вдруг вспомнил, как отец учил его брать препятствия, и улыбнулся: «Вниз – это не

вверх, мистер Гринвилль, мы с ним справимся. Встречаемся в той роще, как и

договорились».

Эстер стояла, держа в руках свечу, чувствуя, как воск капает на пальцы. Вице-губернатор

заунывным голосом читал приговор. Она чуть отодвинула капюшон и подумала: «Вот, и

солнце выглянуло. Красивый день сегодня».

Женщина бросила взгляд на скамьи и увидела мужа – он сидел рядом с невестой, - пухлой,

наряженной в шелковое платье. Индианка держала над ними большой зонтик. Эстер

посмотрела прямо в темные, испуганные глаза Давида. Донья Каталина шепнула что-то

жениху, и тот улыбнулся – слабо.

«Да, - вдруг подумала Эстер, - не помогла ей мазь-то, пожалуй, даже хуже стало, вон, как

разнесло, по всему лицу прыщи».

Архиепископ поднес ее губам распятие. Она отвернулась. Его высокопреосвященство шумно

вздохнул и кивнул Джованни: «Начинаем».

- Помните, - еле слышно, одними губами, сказал святой отец, привязывая ее к столбу, - что

бы ни случилось...

Эстер кивнула, и, отдав ему свечу, закрыла глаза. Джованни поджег хворост.

Мануэла стояла, прячась за углом глинобитного домика, - здесь, на окраине, жили бедняки, -

не отрывая глаз от Диего. «Хоть бы на меня взглянул, - вздохнула она. «Хоть бы раз». Она

положила руку на живот, и вдруг услышала сзади голосок сына: «Мама, что это? Зачем

жгут?».

Она, было, рванулась за ним, но Хосе был быстрее. «Нет! – закричал мальчик, вбегая на

пустырь, - не надо! Тетя Эстелла, я вам помогу!

- Хосе! – Мануэла побежала за ним. Ребенок посмотрел на разгорающееся под ветром

пламя, и, заплакав, закусив губу, потянулся к огню.

- Сынок! – Мендес, было, поднялся, но донья Каталина положила толстые пальцы на его

руку и предостерегающе сказала: «Диего».

- Отлично, только не садись, - пробормотал Ворон, и прицелился.

Раздался женский визг. Мендес, качаясь, наклонился вниз, и рухнул на скамьи – из пробитой

пулей глазницы хлестала кровь.

- Давай, мой хороший, - Ворон хлестнул жеребца и тот прыгнул со скалы – прямо в костер.

-Хосе, не надо! – крикнула Эстер, чувствуя, как огонь подбирается к ногам. «Мануэла, забери

его, сейчас же!».

Индианка подняла плачущего ребенка на руки, но тут, же рухнула вниз – солдаты начали

стрелять. «Мама!» - отчаянно закричал Хосе.

Эстер рванулась, и почувствовала, как поддаются веревки. «Святой отец, - успела

улыбнуться она, и тут же ахнула – сильная мужская рука подхватила ее и подняла в седло.

- Пригнитесь, - властно сказал Ворон. «Сейчас тут все будут палить, и я тоже».

- Дон Эстебан, - пробормотала женщина.

- Сэр Стивен Кроу, к вашим услугам, - Ворон пришпорил жеребца, и, обернувшись,

усмехнулся: «Да, Лима меня надолго запомнит».

Джованни пришел в рощу уже на закате. Он улыбнулся, увидев Эстер во власянице, и

протянул ей тюк с одеждой: «Я подумал, что вам понадобится».

- Спасибо, - она подняла измученные, красные от слез глаза и спросила: «Мануэла?».

Джованни покачал головой. «Умерла сразу же. Она не мучилась, даже и не поняла,

наверное, что случилось».

- А Хосе? – женщина опустила лицо в ладони.

- Наплакался и заснул, - священник помолчал. «У него ручки немножко обожжены, но ничего

страшного, заживет. Я о нем позабочусь, вы не волнуйтесь».

- Я бы взяла его в Лондон, - вздохнула женщина.

- Даже не думайте, - Ворон подошел к ним и посмотрел на садящееся солнце. «И вообще,

собирайтесь-ка, дорогая сеньора, хватит нам тут сидеть, опасно это. Все наши вернулись,

пора отплывать. Как ваше плечо, святой отец?».

- Болит, - улыбнулся Джованни. «Архиепископ хочет выхлопотать мне награду от ордена,

кстати. За смелость».

- А я теперь куда? – спросила Эстер, прислонившись к стволу дерева.

Ворон помолчал, разглядывая обритую голову женщины, ее опухшие веки, и сказал, чуть

дернув щекой: «Отправитесь на одном из барков в Панаму, с доном Мартином. Там люди

надежные, ну, вы сами их знаете, все будет хорошо. Думаю, до осени уже будете в

Лондоне».

- А вы? – женщина все смотрела на него.

- Я перехвачу серебро и пойду на юг, а потом опять – в Карибское море, - коротко ответил

Ворон. «Все, переодевайтесь, снимаемся с места».

- Все будет хорошо, помните,- ворчливо сказал Джованни, и, нагнувшись, поцеловал ее в