User - o bdf4013bc3250c39

- Меня увольняют, - сказала она выжидавшей матери и снова легла в постель.

- Доигралась! – всплеснула руками мать. – И куда ж теперь? С такой-то

статьей?

- Статья будет нормальная. Он похлопотал, - она сделал ударение на слове

«он», и мать поняла, кого она имеет в виду. – Я напишу по собственному

желанию.

- Ага, и куда пойдешь? Торговать на рынок?

- Ма… оставь меня в покое, - простонала Зина. – Через два дня буду как

огурчик. Меня в любую школу возьмут… Какое сегодня число?

- Пятое ноября, - ответила мать.

- Ну вот, пока у детей каникулы… А со второй четверти и возьмут…

Через два дня Зина уволилась из института, так и не встретившись со

Швецем. Ей и самой теперь было неудобно показываться ему на глаза.

А еще через день они с матерью поехали в наркодиспансер и имели

продолжительный разговор с участковым наркологом. Он предупредил об

опасности алкоголизма для здоровья и вообще для окружающих, посоветовал

в случае возникновения тяги принимать медикаменты, которые тут же и

123

выписал. Со значением посмотрел на мать и попросил периодически

заглядывать к нему.

- Вы понимаете, больной сам зачастую не в состоянии определить, что у него

начинается очередной запой. А ближним это всегда виднее. Поэтому прошу, при первых же признаках ко мне.

«Еще чего, к тебе! – думала Зина, выходя из кабинета врача. – Сама, что ли, не справлюсь?»

Она взяла себя в руки и стула устраиваться на работу. В одной из школ

неподалеку от дома ее охотно взяли учителем русского языка и литературы в

пятом классе, и там же дали классное руководство. Но поскольку

педагогического стажа у нее не было никакого, то и зарплата выходила

пустяшная. Но Зина не унывала: она была уверена, что все случившееся с ней

– просто нелепая прихоть судьбы и что больше такого с ней никогда не

случится.

А Швец в начале февраля, как и планировал, улетел в Америку. Вместе с

женой. После этого Зина никогда с ним больше не встречалась.

8

Всю вторую учебную четверть Зина даже не помышляла о выпивке. На уроки

всегда являлась хорошо подготовленной, аккуратно одетой. Пятиклашки

уважали ее, и даже самые нерадивые, глядя на хорошистов и отличников,

старались подтянуться, исправить свои «двойки», улучшить поведение.

Коллеги удивлялись Зине: на их уроках такой дисциплины и порядка не было, даже опытные учителя больше брали голосом, возрастом и авторитетом.

124

- Как вам это удается, Зинаида Николаевна? – с нескрываемой завистью в

голосе спрашивали они. – Мы годами бьемся над тем же Пуховым, например, а у вас он ведет себя, как шелковый!

Зина молчала, лишь улыбаясь в ответ. Она и на самом деле не знала, как

отвечать на такие вопросы. Просто вела себя с детьми по-человечески, как

сама себе объясняла, не возносилась, не кричала, старалась быть с ними на

равных. В хорошем педагогическом смысле.

В зимние каникулы она организовала для класса поездку в Ленинград.

Поехать смогли только двенадцать человек: все-таки многим родителям

трудно было оплатить билеты и проживание детей. Зина связалась с

ленинградской гостиницей, забронировала номера, заказала экскурсии в

местном туристическом бюро, и второго января группа собралась на

Ленинградском вокзале. Всех детей провожали родители, они собрали им

вместительные сумки с вещами, пакеты с продуктами.

- Да вы зря волнуетесь, - улыбалась Зина. – Нас там будут кормить. Заберите

обратно, им ведь тяжело будет все это носить.

- Нет-нет, в дороге поедите, все-таки ехать девять часов, а детишки – они, сами знаете, сладкое любят, - настаивали родители и распихивали пакеты и

сумки по полкам вагона.

Неделя, проведенная в красивом городе, показалась детям сказкой. Никто из

них, как оказалось, раньше в Ленинграде не был. Зина, помимо экскурсовода, собирая вечерами детей в одном номере, рассказывала им о людях этого

города, о тяжелых испытаниях, выпавших на его долю. Они побывали в

Эрмитаже, во многих музеях, объездили города-пригороды, участвовали в

праздничном представлении на елке в Смольном. Глядя на возбужденные

лица ребятишек, Зина думала тогда, что ее настоящее призвание – среди

таких вот школьников, что передать им все, что знаешь сама – великое

счастье.

125

Домой вернулись к самому началу новой четверти. Побывавшие в

Ленинграде наперебой несколько дней подряд рассказывали одноклассникам