User - Роман Равдин

...В боксе зажегся свет, и над дверью вспыхнула надпись:

"Разгерметизировано". Двое мужчин в белых комбинезонах быстро натянули маски

и встали перед дверью. Низким басом пророкотала сирена, и створки двери

разошлись в стороны. Двое шагнули внутрь бокса, и половинки вновь сомкнулись

за ними. На небольшом возвышении, поблескивая белым металлом, стояла

капсула, похожая на тупоносую торпеду. Сбоку -- тележка, на каких обычно

возят больных в операционную. Двое замерли и подняли руки над головой.

Откуда-то сверху выдвинулись манипуляторы, несущие по паре прозрачных

перчаток. Они с мягким шорохом натянули перчатки на кисти поднятых рук и

тотчас убрались на место. Люди опустили руки и согнули их в локтях, держа на

весу. Раздался легкий треск, и капсула распалась. Верхняя часть ее, словно

крышка шкатулки, начала приподниматься и откидываться назад.

Внутри капсулы покоилось тело мужчины. Лица его не было видно из-за

густой сети проводов. Двое наклонились к лежащему и начали осторожно

освобождать его от электродов, присосавшихся к разным участкам головы.

Затем отцепили датчики с груди, ног, рук и принялись осторожно

массировать тело, то и дело прослушивая грудь фонендоскопами. Все это в

полнейшей тишине, молча. Только взгляд друг на друга и ответный кивок: "В

порядке!", "В норме"...

Закончив свое дело, двое пододвинули тележку вплотную к капсуле и снова

замерли. С потолка спустились четыре тросика с блестящими крючками. Двое

застропили подстилку, на которой лежало тело, один из них подал знак, и тело

поднялось над своим ложем, проплыло в воздухе и мягко опустилось на тележку.

Один из двоих укрыл лежащего мужчину одеялом, и тотчас дверь снова

открылась, пропуская тележку с Приттом. В эти минуты он возвращался из

состояния, близкого к анабиозу, в которое вверг его профессор Вельзевул.

Ранним утром санитарная машина, не привлекая ничьего внимания, выехала

из ворот. В ее кузове покоился на носилках доктор бионики Джон Джордж Притт.

А если бы он мог выглянуть из зарешеченного окошка кареты, то прочитал бы на

черной стеклянной доске у ворот надпись, сделанную крупными золотыми

буквами:

"ДОКТОР МЕДИЦИНЫ ЭДЛАЙ Б. РИВЕЙРА.

КЛИНИКА ДЛЯ ДУШЕВНОБОЛЬНЫХ".

Но Притт спал крепким сном вполне здорового человека и не слышал, не

видел, куда везут его бренное тело, вновь соединившееся с душой...

Окончательно проснулся он утром следующего дня в кресле своего

электромобиля. Машина стояла на опушке леса в полсотне ярдов от шоссе,

ведущего в Теритаун. Со стороны могло показаться, что он специально съехал с

дороги, чтобы поспать.

Проснувшись, он оглядел всего себя, обшарил свои карманы, поискал в

машине. Все было как вчера. То есть, когда он помнил последний раз себя

перед тем, как провалиться в преисподнюю... Он включил приборы -- все

нормально. Энергии хватит до дому без заправки. Он решительно нажал на

педаль контроллера, машина плавно покатила по траве к автостраде и влилась в

густой поток мчащихся машин. Тотчас, как она выбралась на бетонку,

колыхнулись и раздвинулись ветви орешника. На поляну вышли с роллерами в

руках трое в белых шлемах. Они оседлали своих "мустангов" и тоже, один за

другим, вырулили на магистраль.

Вернувшись, он первым делом пригласил к себе Альберта. Этот несомненно

талантливый молодой человек отличался среди остальных его помощников веселым

нравом и остроумием. Нередко ему приходилось упрекать парня в том, что

своими разговорчиками он отвлекает других коллег от дела. Однако за

последнее время Альберт заметно притих, словно утратил свой веселый нрав. Он

молча копался в схемах или пропадал в препараторной.

"Когда же произошла перемена с ним?" -- пытался припомнить Притт, но не

успел. В двери появился худощавый юноша в небрежно накинутом халате. Засунув

руки в карманы, он с независимым видом прислонился к дверному косяку.

-- Закройте дверь и сядьте, -- Притт указал на ближайший к себе стул и

незаметно включил интерферентор. Это было последнее изобретение Альберта,

основанное на принципе сложения звуковых волн. Теоретически рассчитать

прибор помог Барнет. Интерферентор "гасил" колебания звука речи, не задевая

волны других частот, скажем, звуки шагов, стук в дверь, рабочие шумы... И

говорящие не услышали бы друг друга, если б они не экранировались от