Джек Вэнс - Мэдук

Король Тробиус еще раз приветственно поднял руку и удалился к себе в замок.

Мэдук вежливо выслушала выступление Тробиуса; как только он закончил, она повернулась и заметила, что Твиск уже вприпрыжку направлялась к пиршественному столу. Мэдук отчаянно позвала ее: «Матушка, куда ты убегаешь?»

Твиск удивленно обернулась: «Иду веселиться вместе со всеми! Мы будем танцевать и распивать лучшие вина эльфов — тебе разре- шили к нам присоединиться, почему ты не идешь?»

«Мне нельзя! Если я напьюсь вина фей, у меня закружится голова — и кто знает, что тогда будет?»

«Но танцевать, по крайней мере, ты можешь?»

Мэдук с улыбкой покачала головой: «Я слышала, что тот, кто тан- цует с феями, уже никогда не может остановиться. Ни я, ни сэр Пом- Пом, ни Траванте не будем пить ваше вино и не будем с вами танце- вать».

«Как тебе угодно. В таком случае...»

«Ты собиралась рассказать мне о моем отце!»

Сэр Пом-Пом храбро сделал шаг вперед: «Кроме того, вы могли бы точнее указать местонахождение чаши Грааля — с тем, чтобы я мог туда направиться».

Траванте робко прибавил: «А я приветствовал бы любой намек, который помог бы мне найти потерянную молодость!»

«Как все это скучно! — раздраженно заявила Твиск. — Вам при- дется подождать, пока не представится другой удобный случай со мной поговорить».

Повернувшись к волшебному замку, Мэдук закричала: «Король Тробиус! Ваше величество! Где вы? Будьте добры, выйдите на мину- ту!»

Твиск испуганно отшатнулась: «Что ты делаешь? Это против всех правил!»

Послышался звучный бас — рядом стоял король Тробиус собст- венной персоной: «Кто выкрикивает мое имя, пронзительно визжа по- добно поросенку, которого режут заживо?»

«Ваше величество, это всего лишь результат чрезмерного возбуж- дения — моя дочь приносит глубочайшие извинения за то, что причи- нила вам беспокойство», — шелковым тоном сказала Твиск, опускаясь в реверансе.

«Ничего подобного!» — заявила Мэдук.

«Я в замешательстве, — погладил зеленую бороду король Троби- ус. — Ты не возбуждена или ты не приносишь извинения?»

«Ни то, ни другое, ваше величество».

«Тогда позволь поинтересоваться — чем вызваны твои л ихора- дочные вопли?»

«По правде говоря, ваше величество, я хотела посоветоваться с матерью в вашем присутствии, чтобы вы помогли ей собраться с мыс- лями и освежить память».

Тробиус понимающе кивнул: «И какие именно воспоминания тебя так волнуют?»

«Я хочу знать, как звали моего отца и какое положение он занимал — чтобы у меня была наконец родословная!»

Король Тробиус сурово взглянул на фею Твиск: «Насколько я помню, этот эпизод не способствовал поддержанию твоей высокой репутации?»

«Кому какое дело до моей репутации? — огорченно пробормотала Твиск. — Что случилось, то случилось, и дело с концом».

«Я хотела бы знать подробности!» — настаивала Мэдук.

«Эта история не для детских ушей, — сказал король Тробиус. — Но в данном случае придется сделать исключение. Твиск, ты сама все расскажешь, или мне придется взять на себя эту обязанность?»

Твиск все еще пыталась уклониться: «События, о которых идет речь, смехотворны и постыдны. В этом отношении мне совершенно нечем похвалиться, и я предпочитаю не касаться этого вопроса».

«Тогда изложить события придется мне. Прежде всего позволю себе указать, что так называемый «стыд» — не более чем обратная сторона тщеславия».

«Я искренне восхищаюсь собой, — заявила Твиск. — Можно ли это назвать тщеславием? Спорное отождествление».

«Независимо от того, насколько этот термин применим в данном случае, надлежит заглянуть на несколько лет в прошлое. Тогда, так же, как и сейчас, Твиск считала себя неотразимой красавицей — что соот- ветствовало и продолжает соответствовать действительности. Восхи- щение собой вскружило ей голову, и она стала кружить голову троллю Манжону — дразнила его, выставляла себя напоказ, а потом выскаль- зывала из его объятий, получая злорадное удовольствие от его уни- женных просьб и яростных поношений. Наконец Манжон проникся злобой и решил наказать ее за жестокие шутки. Однажды он застал Твиск врасплох, схватил ее и оттащил по Шаткой тропе на дорогу Манкинса, где приковал ее цепями к установленному на перекрестке столбу Айдильры. После этого Манжон произнес заклинание, не по- зволявшее Твиск освободиться от цепей, пока с ней не совокупятся трое прохожих. Теперь, если Твиск расположена поделиться дальней- шими деталями этой истории, она может продолжить рассказ».