Джек Вэнс - Мэдук

«Конечно, я это понимаю, но что с того?»

«Тайна не раскрыта! Кто был другой ребенок? О нем говорил Пер- силлиан в своем предсказании[11] — но я до сих пор не знаю ни его

имени, ни того, где он прячется. Наследный принц, сын Сульдрун, ся- дет вместо меня на трон Эвандиг и за круглым столом Карбра-ан- Медан! Так изрек Персиллиан».

«С тех пор предсказание могло потерять смысл».

«Такие пророчества никогда не теряют смысл, они сбываются — если их исполнения нельзя каким-нибудь образом избежать! Если бы я знал, как зовут ребенка Сульдрун, я мог бы придумать способ защи- тить свое государство от переворота».

«И на этот счет нет никаких сведений?»

«Никаких. Я знаю, что у Сульдрун родился мальчик, и что ему столько же лет, сколько Мэдук. Это все, что я знаю. О, я дорого запла- тил бы любому, кто сообщил бы мне всю правду!»

«Дела давно минувших дней, — пробормотала Соллас. — Не ос- талось никого, кто хорошо помнит мою несчастную дочь. Неужели нельзя нанять какого-нибудь прорицателя, чтобы он предсказал что- нибудь получше?»

Казмир печально усмехнулся: «Не так-то просто обмануть Норн, прядущих нити судьбы!» Король присел на диван: «А теперь, несмот- ря ни на что, мне придется развлекать короля Милона. Он ожидает обручения своего сына. Как я ему объясню, что Мэдук не хочет видеть этого болвана?»

Королева Соллас внезапно подняла голову и воскликнула: «Я придумала! Мэдук все еще может нам пригодиться — и даже в большей степени, чем раньше!»

«Каким образом?»

«Ты слышал, как мы обсуждали необходимость приобретения священных реликвий. Давай объявим, что любой, кто отправится на поиски и привезет нам настоящую, заверенную римскими властями реликвию, получит ценный приз. А тот, кто привезет в Лионесс чашу Грааля, сможет потребовать от короля величайшей награды — даже руки самой принцессы Мэдук!»

Казмир начал было высмеивать идею королевы, но вдруг закрыл рот. Он понял, что в предложении Соллас, как в таковом, не было ни- чего, что могло бы нанести ему ущерб. Паломники привозят золото. Реликвии привлекают паломников. Если Мэдук — пусть даже косвен- ным образом — будет способствовать приобретению реликвий, поче- му бы, действительно, не использовать ее в таком качестве? Казмир поднялся на ноги: «Не возражаю против твоего плана».

«Может быть, мы только откладываем решение проблемы», — с сомнением произнесла Соллас.

«Почему же?»

«Предположим, какой-нибудь доблестный рыцарь привезет чашу Грааля и потребует руки Мэдук. Ты согласишься выдать ее замуж за рыцаря, но Мэдук снова станет упрямствовать, что вполне возможно. Что тогда?»

«Я ее просто отдам этому рыцарю. Пусть маленькая вертихвостка выбирает замужество или рабство — мне все равно. Как только мы от нее избавимся, все связанные с ней проблемы станут проблемами ее супруга».

Королева Соллас захлопала в ладоши: «И у нас больше не будет проблем!»

«Проблемы останутся, но их станет меньше», — Казмир повер- нулся и вышел из гостиной.

На следующий день, на площадке парадной лестницы, к королю Казмиру осторожно подступил отец Умфред: «Ваше величество! Xo- тел бы испросить вашего соизволения обменяться с вами парой слов — по вопросу чрезвычайной важности».

Казмир смерил жреца взглядом с головы до ног: «Что еще тебе нужно?»

Отец Умфред посмотрел по сторонам, убеждаясь в том, что его никто не подслушивает: «Государь, я провел многие годы в Хайдионе в качестве духовника ее величества, а также выполняя множество дру- гих обязанностей. Естественно, мне становились известны многие со- бытия, более или менее значительные, иногда остававшиеся неизвест- ными другим. Это проистекает из самого характера моей службы».

Казмир недовольно хмыкнул: «В этом я не сомневаюсь. Ты знаешь больше меня о моих делах».

Умфред вежливо рассмеялся: «Недавно мне дали знать, что вас интересует судьба ребенка принцессы Сульдрун».

Казмир насторожился: «И что же?»

«Я мог бы узнать имя этого ребенка и его нынешнее местонахож- дение».

«Как ты собираешься это сделать?»

«В настоящее время не могу точно сказать. Но в данном случае речь идет не только о возможности добыть интересующие вас сведе- ния».

«Ага. Ты хочешь что-то выпросить».

«Не буду отрицать очевидное. Цель моей жизни — стать архиепи- скопом Лионесса. Если бы мне удалось обратить короля Лионесса в христианство, конклав кардиналов в Риме рассматривал бы это дости- жение как убедительный довод в пользу моей кандидатуры».