Юрий Луговской - Черное солнце

Гудрун Энслин отреагировала на убийство одним из полицейских студента-теолога в 1967 году во время разгона студенческой демонстрации в Западном Берлине следующим образом. Она кричала: «Это фашистское государство, готовое убить всех нас, это поколение Освенцима, с которым словесные споры бесполезны». Спустя некоторое время она подожгла универсам во Франкфурте-на-Майне, а немного позже стала одним из организаторов и вдохновителем «группы Баадера-Майнхоф».

Все женщины-террористки — люди неустойчивые, неустроенные, неблагополучные. Они выросли в семьях, где нет одного из родителей, либо они стали сиротами. Активистка «Народной воли» Софья Перовская ушла из дома в юности после разрыва матери с отцом. Ульрика Майнхоф была дочерью известного искусствоведа, но рано осиротела, и ее воспитывала ближайшая подруга матери, известная педагог и пацифистка, одинокая женщина феминистских убеждений.

Любовь к смерти, которую, по Фромму, выбирают женщины-террористки вкупе с их ущербностью, неустроенностью или событием, которое вызывает аффект смещения от интереса к жизни к интересу к смерти, и рождают женщин-камикадзе.

Павел задумался. Феномен камикадзе… Неплохо бы его немного раскрыть. Первое, что приходило в голову, это был подвиг Гастелло. Да, наш летчик, Герой Советского Союза Николай Гастелло и стал первым камикадзе. В 1941 году он направил горящий самолет на колонну немецких танков. Подхватили его инициативу во время Второй мировой войны японские летчики. Их самолеты строились специально для этой цели. Они были оснащены взрывчатками. Камикадзе успешно топили корабли Американского военного флота. Так термин стал применяться вскоре ко всем террористам-смертникам.

Чтобы стать успешным камикадзе, террорист в первую очередь должен преодолеть страх смерти, присущий человеку изначально. Как это сделать? Тут на помощь террористу приходят либо идеи (например, религиозная), либо эмоциональное состояние (экстаз, кураж), либо чувства (например, ненависть, связанная с местью за убитых родителей или возлюбленного).

Для нашего времени характерен исламский терроризм. Исламский камикадзе испытывает целый комплекс состояний. Движение «Хамаз» учит своих последователей: «Аллах велик, и ты — острие его меча. Смерть за Аллаха — дорога в рай.» А что ожидает их в раю, за что они приносят такие жертвы?

Оказывается, есть за что. В раю — роскошная еда и напитки вкуснее самого дивного шербета, как говорил старик Хоттабыч, и, что самое интересное, мужнину ожидают в раю ровно 70 девственниц, с которыми он получит невиданные сексуальные наслаждения. Вот почему некоторых террористов находят с обвязанными членами — тряпка вокруг полового органа закреплена проволокой. Это камикадзе делает для того, чтобы во время теракта он от перевозбуждения не потерял сперму, а сохранил ее для семидесяти прекрасных девственниц в раю. Так что все довольно расчетливо, все далеко не бескорыстно, смерть становится платой за гарем и яства.

А женщины? Их что, тоже ждут семьдесят мужчин? Да и надо ли столько одной мусульманке? Нет, ни про каких мужчин «Хамаз» не говорит. Выходит, о женщинах не так заботятся на небесах, как о представителях сильного пола. Даже в раю они, похоже, будут трудиться. Почему же тогда они идут на смерть? Не всегда для того, чтобы оказаться в раю. Они не так рациональны, как мужчины. Инстинкт смерти, по Фрейду и Фромму, становится их главной заповедью, когда нет любви к жизни. Сверхидея заполняет собой всю жизнь, сублимирует отсутствие любви и материнства и открывает дорогу к теракту. Он становится главным смыслом жизни, а что будет потом — это не так важно. Тем более что потом, и образованные женщины это понимают, у них скорее всего ничего не будет. Террористический акт становится ярким фактом их жизни, ярким событием, верхушкой жизненного айсберга. А чтобы на этот айсберг было легче влезть и еще какое-то, пусть самое ничтожное время на нем постоять, подводится идеологическая, религиозная, эмоциональная база.

Павел посмотрел на часы. Странно — давно пора прийти Олигарху. Что-то на него не похоже, обычно он пунктуален. В ответ на его мысли раздался телефонный звонок. Неужели не сможет? Вот это будет приятный подарок судьбы. Павлу сегодня как никогда не хотелось копаться в больном подсознании Сергея.

— Здравствуйте, Павел. Это Сергей Кудрявцев.

— Здравствуйте, Сергей.

— Извините, что не предупредил раньше, у меня не было такой возможности, когда я расскажу вам, вы поймете почему. Знаете, я не смогу сегодня прийти на сеанс, я не в Москве. Но ваши предписания стараюсь выполнять.