Юрий Луговской - Черное солнце

Через пять минут был рядом с домом. Пора будить девчонок. Он поднялся наверх, прошел по веранде, посмотрел в окна на девушек, которые и не думали просыпаться. Настя спала, разметавшись на кровати, она широко раскинула руки, в ночной рубашке. Аня завернулась под одеяло. Как ей не жарко в такое пекло? — удивился Саша. С утра уже 20 с лишним градусов!

Перед окном Марии Саша застыл, она лежала поверх одеяла совершенно голая, на животе, раскинув ноги и руки. Саша попробовал балконную дверь. Открыта! Он на цыпочках прошел в комнату Марии, быстро снял с себя все, что на нем было надето: кроссовки, носки, шорты, футболку, трусы и, аккуратно подвинув Машину руку, лег рядом с ней. Она открыла глаза, увидела его и улыбнулась. Он обнял девушку и поцеловал.

— Почему я сплю на одеяле, а не под одеялом? — сонно пробормотала она. — Я замерзла.

— Ну, так залезай под одеяло, а я тебя согрею.

— Нет, лучше согрей меня без одеяла, — сказала Маша.

— С удовольствием, — засмеялся Саша.

Здесь, в незнакомой сказочной стране, в новом симпатичном домике, заниматься любовью было особенно романтично. И хорошо, что первой у меня здесь оказалась Машка, пронеслось у Саши в голове, когда он целовал ее грудь и щекотал соски. Она самая темпераментная и в то же время самая нежная. Я еще ничего не сделал, а она так стонет, что одним только стоном может возбудить так, что забудешь все на свете. Настя — она слишком мягкая. Анька, наоборот, даже как-то слишком агрессивна, уж слишком Кармен. И только рыжая Машка — золотая середина. Клевая девочка, клевая. Странно, как он еще не влюбился в нее по уши? А может, уже влюбился?

С ней, с Машкой, лучше всех, это точно, особенно с утра.

Клуб, где они должны были работать, назывался «Макамбо». Обычный ночной клуб, таких теперь в Москве пруд пруди. Но от московских этот клуб отличался теплом и уютом, все здесь как-то было по-домашнему, безо всякого особого блеска, в то же время все было очень культурно и красиво. Синьор Ринато представил компанию директору клуба и перевел ему, что Саша и девушки — те самые артисты, которые будут показывать у него стрип-шоу на тему «Кармен». Хозяин в ответ слегка удивился. Кармен? Но у них не театр. Клиенты хотят только стриптиза. Это и есть стриптиз, только художественный, рассмеялся Ринато, он знает, что говорит, он видел их группу в Москве. Хозяин синьор Манчини понимающе кивал и все же решил настоять на своем. Хорошо, он согласен, пусть будет художественное стрип-шоу, но только не сразу. Клиенты не любят резко менять свою жизнь. Они любят то, к чему привыкли. Новинками их надо кормить постепенно, выдавать их небольшими порциями. Пусть сначала увидят просто обнаженных русских девушек. Зачем им загружать голову тематикой Мериме? Саша отметил, что хозяин провинциального ночного клуба знает, кто написал «Кармен». В нашем же, российском, даже самом дорогом клубе этим мог похвастаться далеко не каждый его учредитель.

Нет, литературной тематикой им пока не надо дурить голову, мягко убеждал синьор Манчини. Они и так будут счастливы, что к ним приехали русские стриптизерки, счастливы до безумия, это он точно знает, русские, хоть бывают у нас и нечасто, сегодня очень популярны, так вот, достаточно просто стриптиза. А молодой синьор будет любоваться своими красотками — он улыбнулся каждой девушке в отдельности, они ответили слегка растерянными улыбками. Безусловно, ужин в клубе за счет заведения, включая любое спиртное. И 200 евро за вечер.

Ну что ж, первое легкое разочарование, подумал Саша, глядя на чуть загрустивших девушек. Ехали в Милан, попали в итальянскую деревню. Думали поразить их всех своим новым шоу, а им сказали: раздевайтесь и достаточно, Саша — он вообще тут не нужен. На танцующих мужчин жители окружающих деревень смотреть не желают.

— С одной стороны — да, вы можете расстраиваться, предаваться депрессии, но, по-моему, это глупо. — Саша решил развеселить девчонок. В конце концов все было не так уж и плохо. В работе им не отказали. А все блага оставались при них.

— Вот тебе и Италия, вот тебе и Кармен, — грустно затянула Аня.

— Ты что, Анют, целый год репетировала это шоу, а у тебя не принял его худсовет? — Саша начинал злиться. Тоже мне королева балета. — Да мы его за два часа сбацали! Все, между прочим, очень справедливо получается. Это пока еще халтура, сырец, а не шоу, пусть этот итальянец об этом не знает. Мы-то знаем. Сама знаешь, что без работы, без долгой, кропотливой, неспешной работы над номером ничего путного не выходит. Вот и хорошо, что этот Манчини не хочет. К тому же, ты обратила внимание, он сказал — пока? Мужички должны привыкнуть. А потом развернемся. За это время как раз усовершенствуем танец. Что, разве я не прав? — Саша посмотрел в глаза Маше, потом Насте, ища у них поддержки.