Пол Теру - Чикагская петля

Он хотел снова предупредить ее, но тут же понял, что любое предупреждение сейчас только еще больше испугает ее: ведь однажды она уже пережила насилие.

Поэтому Паркер решил, что ему нужно просто уйти, и как можно скорее. Он так долго ждал встречи с ней, а сейчас не мог придумать повода улизнуть и чувствовал, что сам во всем виноват. Она доверяет ему, но он не заслуживает этого доверия. Он даже немного презирал ее за то, что она сейчас с ним, что не так осторожна.

Мысленно Паркер разнял ее руки, быстро надел свою куртку, подошел к двери, сбежал по лестнице и выскочил на улицу. Он так хотел уйти отсюда. Он все еще держал ее руку, чтобы она не залезла под его брюки и не обнаружила, что он в женских шелковистых трусиках.

— Все хорошо, милый, — сказала она.

Ева сказала это, скорее, в пустоту, но ее тон слегка успокоил его.

Она не просила большего: только возможность обнимать его, прижиматься к нему, потому что он был так пассивен. Паркер не мог отказать ей в этом, хотя и понимал, что это много больше того, на что он имеет право: она добрая, не подозревает его ни в чем, доверяет ему.

Наконец, Ева сказала:

— Иди, раз тебе нужно…

И разомкнула свои объятья.

Уже стемнело. Пока они сидели на ее маленькой софе, наступила ночь, а она даже не подумала о том, чтобы включить свет. Он на миг расслабился, а потом резко вскочил и начал торопливо искать в темноте свою куртку. Но его терзали сомнения. Ведь он чувствовал к ней такую нежность и благодарность.

— Ты так нужна мне, — сказал он. Паркер уже говорил это, но тогда сам не знал, серьезно он или нет. Но сейчас он был как никогда серьезен и так хотел, чтобы она поверила в это, потому что ему было нечего дать ей. — Ты мне веришь?

Кивая головой, она слегка покачивала и софу. При этом Ева издала звук, похожий на усмешку, словно удивлялась: зачем он все это говорит?

— Пожалуйста, не бросай меня! — умолял Паркер.

Ева глубоко вздохнула и сказала в эту тишину:

— У меня больше никого нет.

Он мог бы сказать то же самое, но знал: это будет уже слишком. И Паркер не сказал ничего, но увидел шанс для них обоих: она когда-то стала жертвой — вот и однозначное решение! Ему нужно предложить ей все, что у него есть. Он должен служить ей.

И он сказал:

— Я хочу удивить тебя. Скажи, что ты хочешь? Я исполню любое твое желание. Просто скажи.

Это было единственным спасением для него. И если она окажется жадной и воспользуется им по полной, он расплатится за свое преступление.

— Наверно, ты мне нужен просто таким, какой ты есть. И чтобы ничего не менялось.

На это ему нечего было ответить. Паркер чуть не расплакался. Хорошо, что она так и не включила свет.

— Больше мне ничего не нужно, — добавила Ева, потому что Паркер ничего не ответил ей.

Она подумала, что это был просто его каприз. Она не знала, что это было его самым сокровенным желанием.

Он поцеловал ее, схватил свою куртку и растворился в темноте. Но вместо того, чтобы отправиться домой, он пошел в северную сторону, на Коттедж Грув. Он шел медленно, тяжело дыша в эту очередную жаркую и душную ночь.

Он был так рад, что ему наконец-то удалось уйти из квартиры Евы, что от Коттедж Грув прошел дальше до Цермак, а потом дальше на север района по Индиана. Он нес куртку в руках, потому что было слишком жарко, чтобы надеть ее этой летней ночью, хотя было уже десять. По его подсчетам до Лоуп оставалось всего около полутора миль. Там он может сесть на поезд до Эванстона и поехать домой.

Ритм его шагов отзывался в его голове целыми предложениями. Теми фразами, что говорила Ева. « Ни одного романтического вечера » и «однажды на меня действительно напал один парень» и «у меня больше никого нет».

Теперь он знал, что она живет в маленькой квартирке, что она пьет водку, носит голубые джинсы, слушает радио — да еще какое! с проводами, замотанными изолентой! — и, скорее всего, работает в тренажерном зале. Иногда она смотрела на все эти тренажеры и говорила себе: «Ну-ка, марш заниматься!» Но Паркер знал еще кое-что: ему надо ей помочь, и не для того, чтобы попытаться избавиться от своего раскаяния, а потому, что он так многим обязан ей! Ева была так добра к нему, так сочувствовала ему, она ни в чем его не подозревала, она принимала его таким, какой он есть, и сейчас казалось, что она очень привязалась к нему. Он не заслужил этого. Но как она отреагирует на его помощь?

Опыт превращения заброшенных зданий в доходную недвижимость Чикаго научил его искусству трансформации.