Вильям Козлов - Дети ада

— Спасибо за угощение, — сказал Рогожин и хотел было встать, но хозяин придержал его за локоть.

— Я еще не закончил, господа, — посерьезнел он.

Последнее время все чаще входило в обиход это старинное словечко, зато слово «товарищ» теперь употребляли лишь пенсионеры и оказавшиеся не у дел партработники. Следственным работникам легче всех: они и раньше задержанных называли «гражданами», а если преступник обмолвится и назовет «товарищем», всегда был готов стандартный ответ: «Тамбовский волк тебе товарищ!» Почему именно тамбовский, а не курский или псковский?

Для дальнейшей проверки Дегтярев записал адреса и название предприятий в блокнот. На этот раз им предстояло проверить сразу четыре кооперативных точки, занимающихся в основном продажей приключенческой и фантастической литературы. Жулики-продавцы, которых нанимали кооператоры, взвинчивали цены на и без того дорогие книги. Получался двойной грабеж: — грабили кооператоры-издатели и нанятые ими продавцы, раскидывающие свои столы и ящики с литературой где попало, что и затрудняло контроль за ними. Ухитрялись торговать даже в банях, парикмахерских.

— Простые люди считают, что мы, бизнесмены, их грабим, приводим на грань полного обнищания, — на прощанье немного просветил их Андрей Семенович. — А того не знают, что нас сами грабят свои же, с ножом к горлу пристают рэкетиры, да и законники норовят при случае клюнуть в зад... Приходится им платить.

— Тяжела шапка Мономаха? — улыбнулся Иван.

— Вот я и хотел тебя поближе привлечь к моему бизнесу, — сказал миллионер. — Посмотрел бы что у нас к чему.

— Мы для своих клиентов выкладываемся полностью, — счел нужным заметить Тимофей Викторович.

— Потому я с вами и имею дело.

— Черт возьми, как быстро все у нас переменилось! — проговорил Дегтярев, когда они, покинув гостеприимный холл, уселись в машину. — А с другой стороны, разве хуже миллионер Глобов бывшего зажравшегося партийного чинуши? Видел, какие у них дачи за зелеными заборами? Глобов хоть рискует собственными капиталами, а те — государственными. И не рискуют, а транжирят их как заблагорассудится. Их ведь всегда списать можно. И Глобову нужен талант для управления своим обширным хозяйством, а тем — протекция вышестоящего начальства и связи. Глобов вон как беспокоится за свои денежки, а тем было на все наплевать. Деньги-то не свои. Глобов не берет взятки — он их дает, а те только и жили на взятках. И наверху об этом знали, но помалкивали, потому что и сами получали в лапу. И в сто раз больше. Что же лучше, Иван?

— Не знаю, Тимофей Викторович, — честно признался Рогожин.

Все, что происходило в стране, было настолько дико и непривычно, что и собственное мнение-то пока было составить трудно. Идет большой разговор о реформах, рынке, а что это такое и какова конечная цель всего этого, никто толком не знал. Не могли этого растолковать политики, средства массовой информации.

— Будем работать, — включая зажигание, сказал Дегтярев. — Он платит, и надо сказать, хорошо платит, больше, многих других, а мы...

— Ты хочешь сказать, кто платит, тот и музыку заказывает? — усмехнулся Иван.

— Можно и так сказать, — согласился шеф, трогая машину. — Так всегда было и будет.

— Я бы не хотел плясать под чужую музыку, — обронил Иван.

— Потому и не согласился к нему пойти?

— Умный мужик, но и его деньги избаловали, — задумчиво заметил Иван. — Думает, что все на свете можно купить.

— Так все миллионеры думают.

— И покупают?

— В жизни, наверное, да, а в кино встречаются герои, которые думают как и ты, — туманно объяснил Тимофей Викторович.

— Кстати, я где-то читал, что теперь на советские картины народ почти не ходит, наши киностудии горят, как свечки, — вспомнил Иван.

— Я думаю, наше кино гораздо слабее заграничного и потом показывают такую нищету, безысходность, что и смотреть-то тошно!

— Ты прав, — согласился Рогожин. Он уже больше года не ходил в кинотеатры — хватало и видеомагнитофона дома. Да и к тому уже начал остывать. Заплатишь за видеокассету больше сотни, а и смотреть-то нечего. Там тоже фильмы разные делают, бывает такая откровенная халтура, что диву даешься. Может, специально лепят дешевую продукцию для слаборазвитых стран? Особенно пустые, хотя и красочно оформленные, гонконговские боевики. Надоели каратисты, махающие руками и ногами, укладывающие десятками своих противников, надоели супермены, расстреливающие из автоматов сотни солдат и гангстеров. Причем каждый убитый перед смертью норовит повыше прыгнуть и упасть, а любая подбитая машина обязательно взрывается, как атомная бомба...