Вильям Козлов - Дети ада

Аня рассчитывала, что подруга будет дома одна — она сообщила, что родители на даче в Комарово — но в гостях у нее оказались два уже малость поддатых парня. Одного звали Гоша, второго Илья Билибин. Гоша назвал только свое имя, а усатый толстяк в кремовых брюках и фамилию, по-видимому, считая ее неотразимой. Им было по 25—27 лет. Стол в комнате был уже накрыт, шампанское, водка, пепси-кола, розовая горбуша, копченая колбаса и даже баночка с красной икрой. Неплохо работники торговли живут! Из застольного разговора Аня поняла, что все они из одного магазина. Старшим был Гоша — высокий брюнет с круглым подбородком и большим носом. Несмотря на молодые годы уже заметно полысел — волосы . отступили ото лба, на висках они завивались. Гоша явно симпатизировал Вике — пухленькой блондинке с полными ногами и крепким задом. Еще в школе мальчишки на переменках норовили шлепнуть Ольгину по заднице, когда она надевала узкие в обтяжку джинсы. Впрочем, Вика не обижалась, она наравне с мальчишками курила в укромных уголках и одна из первых в классе отдалась студенту из Политехнического института. Сама похвасталась Ане. После студента у нее еще было несколько мальчишек из старших классов, они тогда с Аней учились в восьмом. Надо сказать, что Вика рано созрела: круглые груди распирали школьную форму еще в пятом классе. У нее у первой начались и месячные. Вика любила полистать порнографические журналы, которые ей показывали мальчишки, бегала в подвальное помещение, где показывали порнографические видеофильмы.

Как не хотелось Ане пить, компания все-таки заставила ее выпить два фужера шампанского, здорово ударившего в голову, потом она узнала, что Илья Билибин подлил туда водки, когда она отвернулась. Во второй раз у него этот номер не прошел — Аня наотрез отказалась больше пить. Гости подружки вели свои торговые разговоры, а Аня — она вообще не любила пустой болтовни — как всегда помалкивала и ела красную рыбу, накладывая ее на хлеб с маслом. Из их беседы она и поняла, что Гоша — старший продавец, а Вика и Илья Билибин — просто продавцы. Зарабатывали они в магазине не менее, чем по «куску» в месяц, это не считая приработка. То есть, когда сами что-то покупали у иностранцев и продавали своим постоянным клиентам. Собственно, все их разговоры и крутились вокруг обесценивающихся рублей и дорожавшей валюты, которую сейчас выгодно скупать, импортного товара, одежды, парфюмерии. Илья сразу поближе подсел к Ане и вроде бы случайно прижимался своей толстой ляжкой к ее бедру, иногда обнимал за талию, но девушка всякий раз решительно отводила его пухлую женственную руку. Илья улыбался и, кивая на соседку, подмигивал Вике, мол, чего это твоя подружка такая недотрога?.. Гоша лапал Вику как хотел: клал растопыренную ладонь ей на ляжку, дотрагивался до большой груди, а потом вообще посадил к себе на колени. Вика порозовела от спиртного, часто громко смеялась, в комнате плавал сигаретный дым. Курили «Кент» и «Мальборо», как бы между прочим Илья заметил, что пачка стоит четвертак. Он очень был удивлен, что Аня отказалась от таких дорогих сигарет.

— Знаете, кто сейчас жалуется на нищету и дороговизну? — разглагольствовал Гоша. — Ленивые безынициативные людишки, те, кто привык жить на готовеньком и держатся обеими руками за старое, привычное. Большевики навязали народу уравниловку, с голоду, конечно, не подыхали, но и разбогатеть никому не давали, а сами имели почти задаром все, что душа пожелает. Кто мы были раньше? — он посмотрел на Илью, перевел взгляд на Вику. — Хапуги, спекулянты, фарцовщики, нас преследовала милиция, отбирали товар, капусту и даже сажали. А теперь мы хозяева жизни! Та самая милиция, которая гонялась за нами с дубинками, служит нам, охраняет нас и наши магазины, ларьки...

— Где сидит в магазине на стульчике милиционер в форме — туда рэкетиры и нос не суют, — вставил Илья.

— Кто вертится, суетится, у кого в голове шарики- подшипники крутятся, тот не пропадет, — продолжал Гоша, поощрительно улыбнувшись Билибину. — Во всем мире люди, делающие деньги, были в почете, слава Богу, и у нас наконец начался поворот к этому... Одно обидно — советский рубль дешевеет. Умные люди уже давно переводят рубли в доллары и марки, покупают недвижимость, золотишко, антиквариат, но все равно ведь нам приходится торговать пока и рассчитываться рублями. Пусть и деревянными.

— Я все свои доходы сразу же перевожу на доллары, — сказал Илья. — Правда, долларчик тоже сильно подорожал. Одна моя знакомая — она три месяца была во Франции с группой артистов — заломила с меня уже по полсотни за один доллар! А давно ли стоил тридцатник?