Вильям Козлов - Дети ада

— Это она, — с трудом выговорила Лола и выбежала из мрачного холодного помещения с низким сводчатым потолком бледно-синего цвета. На улице ее вырвало.

— Что вы заметили? — подошел к ней Шипов.

Лола носовым платком вытерла губы, размазав помаду. Глядя на него затравленными глазами, с трудом произнесла:

— На правой груди шрам — была затвердение и ей сделали операцию. Волосы, родинка... Она это, она.

— Так всегда с женщинами, — равнодушно заметил капитан Шипов, когда Ногина отошла от них, снова подавляя рвоту. Удлиненное лицо его чисто выбрито, нос толстый со шрамом на конце. Или бывший боксер или в схватке с преступником пострадал, сделал вывод Рогожин. Спрашивать невысокого мрачноватого капитана об этом, конечно, не стал. Иван уже заметил, что профессионалы относятся к ним, частным детективам, снисходительно, хотя сами и не прочь стать такими же. Познакомившись, первым делом интересуются, сколько им платят. Дело-то новое в стране.

— Главное узнала, — сказал Иван, чтобы что-нибудь сказать. У него у самого тошнота подкатывала к горлу. Видеть даже под полиэтиленовой пленкой обгрызенный крысами и собаками лежалый женский труп без лица — это далеко не всякому под силу. А труп пришлось переворачивать на спину, чтобы показать Лоле правую лопатку, на которой по ее словам у Милы было овальное родимое пятно. Следователю пришлось надеть огромные резиновые перчатки с двумя пальцами. Служитель пододвинул яркую лампу на штативе, направил свет на зеленоватый, мрачный труп. Шрам на груди был заметен, а ниже — черная дыра. Патологоанатом уже установил, что жертву сначала оглушили тупым предметом по затылку, потом этим же предметом, предположительно молотком или туристическим топориком, размозжили висок, отчего и наступила смерть. Изнасилования не было.

Лолу они у проходной не обнаружили, по-видимому, не стала дожидаться и уехала. Иван вспомнил, что когда они уходили, такси осталось стоять у тротуара с выключенным зеленым огоньком.

— Черт, я не успел даже дать ей подписать акт, — проворчал Шипов.

— Я ее сегодня увижу, — сказал Иван.

Капитан протянул ему машинописный лист бумаги, показал, где нужно Ногиной поставить свою подпись.

— Можете по почте переслать, — сказал он. — Вряд ли мы этот случай скоро распутаем, если вообще распутаем.

Рогожин уже заметил, что капитан большой пессимист. И лицо у него с покалеченным носом было унылым.

— Неужели ее убили из-за посылки? — пряча в папку лист, проговорил Иван.

— Столько всякой мрази развелось в городе святого Петра... — покачал головой Шипов. — И в основном действуют приезжие. Я бы на месте мэра запретил им без документов ступать на наши улицы! Своих преступников мы худо-бедно понемногу вылавливаем, по почерку узнаем, а вот с гастролерами беда! Эти как саранча налетают, а потом найди их? Прячутся по но- ром, чердакам, подвалам.

— А этого... — кивнул Иван на морг. — Найдете?

— Будем искать, — не очень-то уверенно проговорил Виктор Игнатьевич. — Время-то упущено: ни следов, ни свидетелей. Я сюда приехал на машине, а мой коллега поехал на общественном транспорте расследовать ночное убийство на Черной речке. Бензина шоферам оперативных машин выдают по десять литров на день. Да что на день! На три дня.

— Мы и того не имеем, — заметил Иван. — Ни техники, ни оружия.

— Зато платят вам больше, чем нам, — желчно сказал капитан. — И наверное, дураков и предателей у себя не держите.

—- Дураков и предателей лет, — улыбнулся Рогожин.

Ему вспомнился американский боевик, который они вчера с Аней посмотрели в «Колизее»: диспетчер; дал команду патрульным машинам ехать по такому-то адресу?, так через несколько минут с полсотни машин с мигалками окружили здание, где засели террористы... А какое вооружение! От автоматических пистолетов разных систем, автоматов до ручных пулеметов и мощных огнеметов... Такое можно и увидеть у нас только в кино.

— Я вам не завидую, — миролюбиво сказал на прощанье Шипов. — Без огнестрельного оружия бороться с бандитами — это не сахар! Я ведь думал, что вы только неверных мужей и жен выслеживаете.

— И такое случается, — согласился Иван, но говорить ему, что пока таких поручений он не выполнял не стал.

Следователь уехал, а Иван пошел к трамвайной остановке. Придется ехать в магазин на Лиговку. А может расстроенная Лола уехала на такси домой?..

Услышав мелодичный перезвон колоколов, Иван подошел к окну и отодвинул занавески, взглянул на Спасо-Преображенский собор. В вечернем сумраке он казалось весь желто светился изнутри. За оградой косо отпечатались на белых стенах голые черные ветви деревьев. Сама чугунная ограда из стоящих на каменных постаментах разнокалиберных пушек, опутанных толстыми цепями, тускло блестела. Кругом поблескивали неглубокие лужи, а собор был окружен чудом сохранившимся в эту январскую оттепель снегом. Лишь возле толстых стволов лип темнела земля. Все небо затянуто белесыми облаками, а над зеленоватыми куполами посверкивают звезды и лунный свет посеребрил кресты на них.