Илья Павлов - Зеленая лампа

Марата парализовало. Ему хотелось убежать, упасть, закрыть уши руками, забиться в самый темный угол. Умереть. Но он не двигался с места и смотрел во все глаза на то, как вилы, поддерживаемые волосатыми руками, снова и снова исчезали в темном отверстии будки.

Сколько это продолжалось, он не помнил. Минуту? Две? Полчаса? Под самый конец, когда из будки доносился уже не крик, а хрип, Маратик услышал дребезжащий, испитой голос соседки. Вовка, вынув из будки красноватые вилы, тоже обернулся в сторону говорящей.

— Будьте вы прокляты! — просипела женщина с туманными, еще не проснувшимися глазами. Она покачивалась из стороны в сторону; ей можно было дать и сорок лет, и все семьдесят — свой точный возраст она давно пропила. — Вы не люди совсем, не человеки. Белочку мою… истерзали…

Она икнула, плюнула в сторону братьев и, повернувшись, поплелась опять в избу спать. А вот Маратику не удавалось нормально поспать еще долгое время — до самого возвращения в город.

Человека меняют и определяют не сами события, а воспоминания о них. А лучше всего ему запомнились не окровавленные иглы вил и не волосатые руки братца. И даже не проклятия, произнесенные сиплым голосом пропойцы. Ему запало в душу иное: он ощутил, что значит власть над жизнью и смертью, когда только от тебя зависит, жить дальше кому-то или умереть. И вот в этот миг тоненький ручеек щекотящей энергии перетек от умирающей, хрипящей Белочки в его солнечное сплетение и ниже — в промежность. И происходящее ему понравилось.

Как он и думал, шалава-кладовщица никому не проболталась про его вечерний визит на склад — ни вечером, ни на следующий день.

«Боится, что снова ославится на весь завод, — улыбался он про себя. — Подожди. Ты еще не так у меня забоишься, сучка!..».

Сначала он решился на повторное посещение склада, но затем сам себя отговорил: все-таки Матрешка могла подготовиться к его приходу или кому-то шепнуть лишнее. В общем, вряд ли он теперь ее застанет врасплох — спящую в соблазнительной позе. Тут надо что-то другое.

«Вот если Карлика не будет. Вот тут она запоет, тут она завоет — в ногах валяться будет у меня…» — думал он. Когда ему впервые пришла в голову идея отравить ворона, он почему-то вспомнил о ненавистном родимом пятне на шее жены.

«Есть между ними что-то похожее — и тот меченый, и эта. Бог шельму метит».

У Танькиного ворона на шее тоже была особинка — небольшое белое пятнышко, которое у Матрешки по неведомой причине вызывало чувство особой гордости: дескать, ни у кого такой птицы нет, Карлик — уникальный, такой нигде не потеряется и т. п. В общем, Бог шельму метит, это точно.

«Весь вопрос: какую отраву лучше использовать?» — размышлял он, идя с работы домой. Марат хорошо знал, что буквально на соседней улице есть магазинчик со звучным названием «Дератизатор». Там можно было легко приобрести отраву для крыс и мышей.

«Но ведь эта тварь зерна клевать не будет. Ему мясцо подавай, такие кусочки — не слишком жирные. А где я ему мяса отравленного раздобуду?».

Он раздумывал над этим несколько дней, нашел даже несколько сайтов, где предлагали «совершенно анонимно» доставить ему любые яды для любых целей. Но вбивать во всезнающий Интернет какие-то сведения о себе — пусть только электронный адрес — показалось ему опасным. И он пошел другим путем.

— Почем у вас вот эта, да, помельче которая? — Марат тычет пальцем в стекло большого аквариума, наполненного мелкими опилками. На стекле остается мутный след от его указательного пальца.

— Вот этот? — улыбается миловидная продавщица в прямоугольных очках. Она опускает руку в аквариум и ловит серо-белую крыску с черными глазами. — Мы его Сырком прозвали. Правда, красавец?

Сырок смешно свешивает передние лапки с тонкого указательного пальца женщины и смотрит по сторонам. Затем его темные глазки сосредотачиваются на усатом лице Марата, крыса вздрагивает и пытается «утонуть» в кулаке продавщицы.

— Дурачок, чего ты испугался? — она перекладывает серое теплое тельце в другую руку.

— А под хвостом у него чего торчит? Болеет, что ли? — покупатель морщится.

— Да нет! — смеется хорошенькая собеседница. — Многие так думают. Это у самцов так… яички, в общем. Некрасиво немного, конечно. Может, вам лучше самочку взять?

— Не-е. И такой пойдет. Почем?

Марат на клетку тратиться не стал — выпросил в зоомагазине ненужную коробку, соврав очкастой дуре, что клетка у него уже есть.